`

СПЕЦИАЛЬНЫЕ
ПАРТНЕРЫ
ПРОЕКТА

Архив номеров

BEST CIO

Определение наиболее профессиональных ИТ-управленцев, лидеров и экспертов в своих отраслях

Человек года

Кто внес наибольший вклад в развитие украинского ИТ-рынка.

Продукт года

Награды «Продукт года» еженедельника «Компьютерное обозрение» за наиболее выдающиеся ИТ-товары

 

Луис Фейн — ученый и пацифист

+33
голоса

Computer Control Company, Inc. (1953–1966), неофициально называемая 3C, была новаторской компанией по производству мини-компьютеров и известная своими компьютерами серии DDP (Digital Data Processor). Она была основана доктором Луисом Фейном (Louis Fein), физиком, ранее разработавшим компьютер RAYDAC в американской военно-промышленной компании Raytheon.

В 1963 году, сразу после кубинского ракетного кризиса, когда мир вдруг оказался на грани начала ядерной войны, компьютерный консультант из Пало-Альто, Калифорния, предложил идею новой организации: «Центр исследования мира на Земле». Предложение, выдвинутое в «Компьютерно-ориентированном исследовании мира», предлагает приложить самые острые аналитические умы к практическим проблемам достижения мира, построить компьютерные модели для понимания проблем, вызывающих вооруженные конфликты, и разработать решения для предотвращения будущих конфликтов.

Луис Фейн — ученый и пацифист

Его автор, консультант из Пало-Альто доктор Луис Фейн, только что увидел реализацию своего видения в Университете Пердью, где в октябре 1962 года был открыт первый факультет компьютерных наук в США. Фейн сыграл важную роль в движении за создание информатики как отдельной академической дисциплины, отделенной от инженерии и математики. Отвергнутый всеми американскими университетами, он выстоял в своих попытках, публикациях документов и представления своих взглядов по всей стране.

Фейн придерживался новаторских взглядов не только на место компьютерных наук в академических кругах, но и на роль компьютеров в исследованиях, ориентированных на мир. В «Computer-Oriented Peace Research» Фейн отмечает, что компьютерно-ориентированные аналитики использовали свой опыт во многих областях, «... банковское дело, страхование, комбинаторная математика, химическая инженерия и военные игры. Мы хорошо знакомы с ролью компьютеров как решателей задач, калькуляторов и симуляторов, эмуляторов и имитаторов. Но компьютеры играют свою наиболее важную роль как сократический стимул к анализу и постановке проблем».

Подобно тому, как Манхэттенский проект был завершен только большой исследовательской группой, писал Фейн, мы не должны ожидать, что мир — это задача для одного профессора или «одинокого гения» «на грант преданного филантропа», а проект, требующий серьезного и опытного внимание сообщества в целом.

Может быть сложно концептуализировать мир, а также говорить о нем, но Фейн отвергает сложность как причину пренебрежения миром, отмечая, что «особый аналитический подход к практическим проблемам и вычислительные инструменты компьютерных аналитиков» могут быть только полезными в поисках решений для мира.

В конце 70-х годов появилось большое количество публикаций, посвященных первому вызову Фейна — понять разрушение мира путем статистического анализа эмпирических данных о конфликтах, чтобы лучше понять факторы риска.

Луис Фейн — ученый и пацифист

Обладая этой информацией, компьютерное сообщество готово решить вторую задачу Фейна: использовать компьютерные технологии для разрядки текущих конфликтов и предотвращения возникновения будущих. Личная мотивация к войне, а также ужасающие последствия войны могут быть выявлены с помощью методов визуализации информации. Мобильные технологии могут помочь в предоставлении информации для предотвращения болезней, пропаганды здоровых привычек и помощи людям в развивающихся регионах.

«Для чего, черт возьми, мы делаем эти машины, — спрашивает Фейн в статье Time 1965 года, — если не для освобождения людей?»

Представим некоторые интересные факты творческой биографии д-ра Луиса Фейна.

В 1954 и 1955 годах Луис Фэйн был в южной Калифорнии, где устанавливал и эксплуатировал в Центре испытаний морских ракет в Пойнт-Магу RADAC — цифровой автоматический компьютер, который он построил, будучи главным инженером в Raytheon Manufacturing Company в период с 1948 по 1951 год. После ухода из Raytheon, Фэйн в октябре 1952 г. сформировал Computer Control Company (3С), которая была организацией, состоящей из бывших сотрудников Фэйна в Raytheon.

После того, как RADAC прошел приемочные испытания, он был доставлен из Уолтема, Массачусетс, в Пойнт-Магу. В военно-морском ведомстве Фэйна спросили, поедет ли он в Пойнт-Магу вместе с несколькими инженерами, чтобы создать там вычислительный центр. RADAC был построен и фактически предназначался для обработки данных в Пойнт-Магу. Они настаивали на том, чтобы Фэйн поехал лично. В то время в Бельмонте у Фэйна работали несколько инженеров, которые позже переехали во Фрамингем. Фэйн и несколько инженеров приехали на Запад, чтобы установить и эксплуатировать RADAC, и фактически это был первый вычислительный центр на западном побережье. В августе 1955 года команда запустила компьютер, а люди на Востоке разработали некоторые компьютерные модули, которые назвали Т-пакетами. Это были первые отдельные компоненты, из которых можно было собрать 4 компьютера. Это было что-то вроде игрушечного конструктора, и, судя по всему, это были самые первые модули. Их было всего два вида: один — модуль питания, а другой — логический модуль, который также можно было использовать в качестве памяти — однобитный регистр сдвига со частотой один мегацикл. Итак, у Фэйна была восточная компания, которая собирала эти Т-пакеты, пытаясь убедить людей покупать их как отдельные компоненты, а также пытаясь заставить людей заказывать компьютеры, построенные из них. А на Западе команда занимались RADAC, управляла вычислительным центром, программным и аппаратным обеспечением и всем остальным. В августе 1955 года по разным причинам, в основном административным, Фэйн оставил Three C и решил, что будет писать, консультировать и, возможно, преподавать. Фактически это было 10 августа 1955 года.

Сразу после ухода из Three C, к 11 августа у Фэйна уже было семь или восемь контрактов, а к 18 августа он консультировал по пяти или шести компьютерным устройствам. В основном, конечно, в проектировании оборудования, потому что термин «программное обеспечение» еще не был придуман. Говорят, что его придумал Херб Грош (Herb Grosch) четыре—шесть лет спустя. Одно из первых заданий, которое Фэйн получил, было в SRI, тогдашнем Стэнфордском исследовательском институте, у которого был контракт с Bank of America на строительство того, что позже стало ERMA. Итак, он стал консультантом SRI, который, в свою очередь, был консультантом Bank of America, создавая прототип ERMA, и они оба находились прямо в Менло-парке. Фэйн также получил задание от Лаборатории электронной защиты Sylvania (подразделение Siemens) поработать над некоторым компьютерным оборудованием. Он также работал в Electro-Data, RCA (Radio Corporation of America), но ему понравилось Пало-Альто, и поэтому в январе 1956 года команда переехала туда. Пало-Альто стал домашней базой Фэйна. Он работал внештатным независимым компьютерным консультантом с 10 августа 1955 года.

Луис Фейн — ученый и пацифист

Один из друзей Фэйна познакомил его с Элом Боукером (Al Bowker), который являлся ректором в Беркли, а затем был ректором в Стэнфорде. Эла интересовали предложения следующего типа, которые IBM делала людям: «Мы дадим вам курс 650 бесплатно, если вы будете читать курс по научным вычислениям и один по бизнес-вычислениям». Эл также немного слышал об этом компьютерном бизнесе, и Фэйн сказал ему, что считает, что компьютеры подходят для университета. И Фэйну, и Боукеру было ясно, что компьютеры будут развиваться таким образом, что большинство дисциплин в университете будут нуждаться в них хотя бы в качестве вспомогательных устройств. Вопрос в том, является ли компьютерная наука, а не компьютер, дисциплиной, достойной изучения в университете, еще не был решен, поэтому Эл Боукер поручил Фэйну провести исследование того, что может называться «Роль университета в компьютерах и обработке данных». Он потратил год на изучение этого вопроса, поскольку уже было несколько университетов, у которых был курс 650. Например, в Университете Уэйна была машина, которую они построили сами — цифровой дифференциальный анализатор Буша. Это был университет Уэйна в Детройте, штат Мичиган. В то время Фэйн ходил на каждую проводимую компьютерную конференцию и разговаривал в барах и на конференциях с такими людьми, как Эл Перлис (Al Perlis), Джон Карр (John Carr), Джон Маккарти (John McCarthy), Херб Саймон (Herb Simon) и другими (их было не так много) о концепции места компьютеров, с одной стороны, как науки как таковой, как дисциплины, достойной изучения в университете, а с другой — как еще один инструмент, супер-калькулятор, если угодно. Это один из способов изучения вопроса. Другой способ состоял в следующем: поскольку работа Фэйна заключалась в разработке и написании учебной программы, чего он никогда не делал раньше, то Фэйн потратил много времени, пытаясь определить для себя, что такое учебная программа? Он посмотрел в Стэнфордский каталог, и там были описания учебных программ по английскому языку, бизнесу и математики, геологии, экономики и т. д. Ему стало интересно, почему экономика и геология включены в университетскую программу, а почему нет сантехники? Что делает дисциплину достойной изучения в университете, и как определяется учебный план для этой дисциплины? Это был элементарный набор вопросов. Он пошел к великим специалистам в Школе образования Стэнфордского университета и спросил, что такое учебная программа? Как отличить одну учебную программу от другой? Каковы ее характеристики?

Он ходил к преподавателям, в частности, по геологии, химии и нескольким другим дисциплинам, и спрашивал: «Почему так получилось, что этот предмет изучается в университете? Что делает предмет достойным того, чтобы им заниматься в университете?» Ответа он не получил, потому что они не знали. Тогда ему стало ясно, что он должен сам определять учебный план. Ему нужно было определить эти характеристики и определить те характеристики, которые описывают предмет, так что если он имеет эти характеристики, он достоин изучения в университете. Поскольку Фэйну приходилось копаться в характеристиках и идентифицировать те из них, которые делали дисциплину достойной изучения в университете, это, как обычно, побудило множество других мыслей о компьютерах и других предметах, и он пришел к аналитическому методу наблюдения. Фэйн взял предметы, которые изучали в университетах, и поместил каждый в один из двух классов. Первый он назвал дисциплинами, а второй — наддисциплинами (supra-discipline). Его очень не устраивало понятие междисциплинарной деятельности. Он отделял дисциплины от того, что называл наддисциплинами, и, конечно же, отличал их от того, что можно было бы назвать междисциплинами. Фэйн был немного недоволен тем, что поместил термин «междисциплины» в ту же категорию, что и «дисциплины» и «наддисциплины». Люди, которые тогда и сейчас говорят о междисциплинарной деятельности, на самом деле говорят о проектах, для выполнения которых требуются специалисты разных дисциплин. В наши дни, например, в компьютерном бизнесе, когда строили компьютеры, то нанимали инженеров и математиков; иногда для памяти ртутных линий задержки, химиков. Таким образом, было законно называть создание компьютеров междисциплинарной деятельностью, потому что были наняты люди, которые были специалистами в определенных дисциплинах, чтобы объединить свои ресурсы для создания вещи, о которой нельзя было сказать, — это продукт химической дисциплины или математической дисциплины и т. п.

Хотя, если рассматривать сами отдельные дисциплины, то математика имеет следующие характеристики: люди изучают математику как самоцель. Они разработали теоремы в математике, и они продолжают это делать. Было другое использование математики, другой способ изучения математики и ее применения. Можно заметить, что почти все другие дисциплины, такие как биология, статистика, экономика, геология и даже политология, используют математику и инженерное дело в качестве инструмента. Они не были заинтересованы в разработке новых теорем, хотя во многих из этих случаев для решения практических задач в химии или инженерии, для выявления проблемы, которую позже брал математик, разрабатывалась теорема, которую затем могли применить. Здесь математика отличалась от биологии в том смысле, что математику можно было использовать и использовали в качестве инструмента в биологических науках, и можно было изучать математику самостоятельно и не беспокоиться о ее приложениях. Фактически, даже в те дни можно было пройти курсы инженерии, математики для инженеров, дифференциальных уравнений для инженеров, математики для химии и так далее. Поэтому Фэйн назвал математику наддисциплиной, потому что она применяется ко многим различным проблемам, областям и дисциплинам и сама по себе является предметом изучения. Дисциплина в основном изучалась сама по себе, и не было большого совпадения с другими дисциплинами. Не было, по крайней мере, в то время, биологии для химиков и геологов или геологии для музыкантов. И тогда Фэйну пришло в голову, что информатика разовьется в наддисциплину. И если задавать вопрос, что делает предмет достойным изучения в университете, то очевидно, что все наддисциплины должны немедленно попасть в категорию достойных предметов для изучения в университете. Таков был ход его мыслей. И он оказался верным.

Вы можете подписаться на нашу страницу в LinkedIn!

+33
голоса

Напечатать Отправить другу

Читайте также

 
 

  •  Home  •  Рынок  •  ИТ-директор  •  CloudComputing  •  Hard  •  Soft  •  Сети  •  Безопасность  •  Наука  •  IoT