`

СПЕЦИАЛЬНЫЕ
ПАРТНЕРЫ
ПРОЕКТА

Архив номеров

Как изменилось финансирование ИТ-направления в вашей организации?

Best CIO

Определение наиболее профессиональных ИТ-управленцев, лидеров и экспертов в своих отраслях

Человек года

Кто внес наибольший вклад в развитие украинского ИТ-рынка.

Продукт года

Награды «Продукт года» еженедельника «Компьютерное обозрение» за наиболее выдающиеся ИТ-товары

 

Андрей Зубинский

С финским спокойствием и упорством…

+1618
голосов

Итак, основанная бывшими сотрудниками Nokia, фактически оставленными не у дел после закрытия проекта N9, финская компания Jolla всё-таки добилась своего – продажи их смартфона-первенца официально начались в Финляндии и объём предзаказа уже превысил 50.000 единиц. Удовлетворить его Jolla пока не может, но это, скорее всего, вопрос ближайшего времени.

Вот он, первенец Jolla, смартфон финского дизайна:

С финским спокойствием и упорством…

История Jolla, которая начинается в проекте Nokia N9, очень интересна сама по себе. Не знаю, о чём она нам может сказать (точнее, кто что сможет из неё почерпнуть), но всё же. В июне 2011 года аппарат Nokia N9 был анонсирован в Сингапуре, на очередном Nokia Connection. Анонс вызвал двойственную реакцию – с одной стороны, смартфон всем обозревателям понравился даже до восторженных степеней, поддержка прессы была очень высокой, особенно европейской прессы, понравился аппарат именно программной платформой, с другой – его судьба уже тогда была не совсем даже и под вопросом.

Насколько можно восстановить по открытым источникам прошлое – ещё до 2010 года CEO Nokia, Олли-Пекка Калласвуо, к тому времени отдавший Nokia около 20 лет своей жизни (он пришёл в компанию в 1980-м), говорил о вполне разумных планах компании, начавшей сталкиваться с предвестниками трудностей. Предвестники же были ещё не вызывающими панику, но явными – роста доходов не наблюдалось, вместо них была фактически горизонтальная прямая линия, поддерживаемая широким спектром продукции и хорошим её качеством при умеренных ценах.

Стратегия же выглядела вполне разумно - эволюционное развитие платформы Symbian, заключающееся в тотальной модернизации пользовательского интерфейса (где-то к концу 2010 года), и параллельное освоение революционного для Nokia – собственной ОС и инфраструктуры для неё, Maemo. Вполне разумная стратегия. При всех своих особенностях, о которых знали программисты приложений для Symbian, система была хорошо освоена массой производителей ПО, для неё были инструментальные средства, она очень хорошо соответствовала возможностям скромных вычислителей, и, по сути, всё, чего ей не хватало – действительно актуального пользовательского интерфейса, не взрывающего системную часть и программно-производственную инфраструктуру, на эту ОС работающую. Задача непростая, но обозримая и явно плодотворная – она позволила бы пережить «буферный период» подготовки революции. А её подготовка тоже шла своим чередом. Кроме того, у Nokia явно был приличный «жирок» предыдущих успехов и большие возможности для маневра масштабами или «оптимизации методом сокращения масштабов», как хотите, так и называйте (эти маневры во всей их красе все увидели позже).

Но тут случилось нечто странное, и вместо Калласвуо, в полном соответствии с неумолимой логикой нового столетия, у руля Nokia возник Стивен Элоп. Интереснейший персонаж, если судить по лаконичному биографическому описанию. В истории Nokia это был первый «понаехавший» (уж извините) топ-менеджер. Когда-то кем только не бывший, отметившийся даже в «успешном» фастфуде Boston Chicken. Зачем, на каких условиях он понадобился Nokia – совершенно никому не понятно, гадать мы не будем, но с его приходом стратегия компании изменилась так резко и удачно, что всё закончилось обвалом акций с $40 до $2, многотысячными последовательными увольнениями в 2012-2013 годах и тем, чем закончилось.

Но вернёмся к 2011 году, к анонсу Nokia N9. Уж не знаю, чем таким утончённо стратегическим кто руководствовался, потому что смысл этого анонса совершенно не понятен – задолго до июня, в феврале того же года, Стивен Элоп объявил де-факто новую стратегию Nokia, в которой вместо эволюции Symbian и параллельной революции Maemo (позже – MeeGo, разрабатывавшейся вместе с Intel) будет одна основная ОС – WP7 от Microsoft. О проекте N9 Элоп сказал открытым текстом – «несмотря на то, что N9 оказалась явным хитом, Nokia собирается сконцентрировать своё внимание на вещах из мира Windows Mobile» (из интервью с CEO компании Jolla).

Трудно сказать, сколько времени требуется корпоративной машине, чтобы стратегическая информация прошла по всем её эшелонам сверху вниз, но отделяющие февраль от июня три с лишним месяца кажутся достаточными для того, чтобы не делать алогичного – не анонсировать уже обречённый продукт. Ещё труднее сказать, оказалась ли в итоге WP7, стратегическим выбором которой навсегда прославился Элоп, более успешной системой, чем MeeGo. Первой системой пытались что-то сказать рынку, но рынок услышал что-то настолько другое, что систему пришлось быстро менять на совсем другую, на WP8. Второй системой (MeeGo) даже и не попытались что-то сказать. Теперь сама WP8 находится в странном состоянии в «троице ОС», и уже первые лица Microsoft открыто говорят, что три системы корпорации как бы излишни и не нужны (надо же, какое яркое внезапное озарение, как будто не было пяти лет массированного информационного прессинга той же Google по поводу «ужжасающей» фрагментации ОС Android), и какая из них будет отправлена в анналы истории – то никому не известно, особенно учитывая яркую логичность всего происходящего.

В общем, в Nokia судьба MeeGo и стоящих за системой подразделений была предрешена Стивеном Элопом давным-давно.
Но люди, стоящие за проектом, своего дела не бросили. В октябре 2011 года Джусси Хурмола, бывший директор подразделения MeeGo в Nokia, анонсировал создание стартапа Jolla, целью которого была заявлена основанная на Linux система, продолжающая концепцию MeeGo. Частичное стартовое финансирование стартап получил по программе Nokia Bridge, предусматривающей финансирование самостоятельных бизнес-начинаний увольняемых сотрудников (25000€), но прав на интеллектуальную собственность, созданную проектом N9 во время работы в Nokia, естественно, не получил. Через год, в 2012 году, стартап Jolla уже трудно было назвать стартапом – это была уже компания средней руки с числом работающих от 50 до 100 человек и необходимыми 10 миллионами евро для «больших дел». Период с 2012 по фактически конец 2013 года проходил почти в полной тишине, и вот Jolla выдала продукт свои усилий – причём не только собственную мобильную операционную систему, а и свой смартфон, её исполняющий. Давайте попробуем рассмотреть, что же Jolla сделала всего за полтора года, и подумать, что бы это всё могло значить.

Системообразующая ОС компании Jolla, - Sailfish, - является одной из ветвей непростой эволюции ОС Linux в мобильном мире:

С финским спокойствием и упорством…

 
Из диаграммы хорошо видно, что мобильный мир Linux «окучивался» в основном корпоративными усилиями, и это понятно – мобильные системы принципиально предназначены для устройств такого класса, в котором попытки унификации и стандартизации «всего», некогда возможные в мире IBM PC, не кажутся очевидно успешными, и потому таковыми не являются – нет в мире «единой архитектуры смартфона или планшета».  Это резкое заявление как констатация чего-то очевидного само по себе настолько важный факт (который постоянно упускается из вида), что придётся сделать необходимое отступление.

Этот факт свидетельствует о глобальных изменениях во всей сверхмасштабной инфраструктуре, стоящей за проектированием, производством и сопровождением во время эксплуатации hardware.

Давайте вспомним аппаратные средства во времена старта IBM PC. Процессор i8088, выбранный основным для этой архитектуры, был выбран на основе каких рассуждений? Вовсе не потому, что он был самым производительным. Потому что он таким не был. Наоборот, он был «от рождения» существенно замедлен 8-битовой шиной данных (главный архитектор семейства i8086 Стивен Морзе вообще называл i8088 «кастрированным кузеном i8086»). Его «старший собрат», i8086, располагал 16-битовой шиной (что означает – за одно и то же время обеспечивал «прокачку» через шину в 2 раза большего объёма данных). Но. i8088 на момент анонса (в 1979 году) стоил почти 125 долларов. Тех долларов, куда более полновесных, чем нынешние. А вот с ценой i8086 в 1979 году какие-то сложности, очень уж её трудно отыскать, но если посмотреть на стоимость «процессорного модуля» из 1979 года, использующего i8086, можно ориентировочно говорить о $300-$350, если не больше (в рекламе указана цена модуля $895):

С финским спокойствием и упорством…

 
Теперь вспомним, что каждая микросхема в те времена стоила кучу денег, и что содержащий 29 тысяч транзисторов (из них - 20 тысяч активных) на кристалле i8086 проектировался фактически два года. И сколько стоило его проектирование – даже страшно подумать, ведь в те времена ещё не было высокоуровневых сквозных технологий проектирования цифровых микросхем (от модели на языке описания «железа» - до масок для производства с промежуточным моделированием всего), не было быстрых и дешёвых способов произвести прототип (на основе полузаказных кристаллов, например), не было лицензируемых и открытых блоков IP (Intellectual Property), практически не было своих наработок, etc.

Всё это сейчас есть в достатке, как и системы подготовки специалистов. «Железо» десакрализовано, двоичная логика проста, типовые блоки и узлы «вылизаны» и доступны в любых вариантах и комбинациях. Основные сложности – производственно-технологические, уменьшение нормы производства, но и здесь очень сложные задачи решаются весьма успешно.

Ситуация с системообразующим «железом» отлично наблюдается в истории Apple, например. Производитель конечного продукта просто приобретает небольшую компанию, специализирующуюся в разработке требуемой IP, и становится по совместительству разработчиком ключевых аппаратных узлов «под себя» (пытаться объяснить такой ход Apple только противостоянием с Samsung не получится, потому что производственные мощности Samsung компания всё равно использует).

Это знаковое изменение ландшафта. Оно как бы ставит точки над «i» - начиная с какого-то масштаба, в 2013 году производителю чего угодно доступна разработка собственной ключевой элементной базы. Такого в истории ещё не было. И это означает в том числе и возможность потенциального изменения значения «стандартная архитектура». Стандартность как бы «сползает» вниз по архитектурным уровням, от застывшей «стандартной архитектуры вообще» к разумно достаточным для реализации требуемого стандартам шин и протоколов. Остальное – дело разработчика. И какие архитектурные решения обеспечат его продукции преимущества – те и будут использованы. Без всяких преувеличений – конец «эры PC» заключается именно в этом факте, а не в доминировании мобильных устройств на рынке. Потому что их доминирование (обусловленное не только спросом, но и колосаальным предложением от производителей всех масштабов и рангов) в том числе обязано этому факту.

Скорее всего, к нам вернутся и новые десктопы, только теперь – специализированные рабочие станции, возвращающие архитектурную вычурность давних своих предшественников, обогнавших время. Не просто потому, что это теперь возможно, а по причине явного достижения предела насыщения поставщиками системообразующих компонентов. Процессоры уже довольно давно не приобретают ощутимо в производительности, увеличение числа ядер, оказалось, тоже имеет рациональные пределы. Стало быть, поиски прироста производительности в рабочих станциях будут не «вообще и всюду», а в специализированных (под класс задач) высокоуровневых архитектурных решениях и узлах. Впрочем, мы это уже видим. В специализированных устройствах с повышенным требованием к соотношению производительность/цена для специфического класса задач. А именно, - в игровых консолях. В этом мире дело обстоит именно так, а в мире рабочих станций так уже было (давно, правда), и теперь, скорее всего, будет совершенно в ином виде.

Теперь наконец возвратимся к Jolla и к её ОС Sailfish. Это, по сути, довольно традиционный дистрибутив Linux, со всеми основными его «приметами» и ключевыми компонентами. Разве что вместо традиционной X Window здесь используется куда более легковесный, современный и соответствующий возможностям и потребностям мобильных аппаратных средств Wayland. Пользовательский уровень – мир Qt-приложений, естественно, со всем развитым технологическим стеком для их написания. В общем, Qt-основанный дистрибутив Linux, но с подготовленным инструментарием для кросс-разработки и собственным фреймворком, обеспечивающим упрощенную разработку пользовательских приложений (за счёт высокоуровневого декларативного языка), визуальную целостность и единство пользовательских интерфейсов. Это всё детали, в которых нетрудно разобраться самостоятельно, тайны из Sailfish никто не делает, больше того, разработчики системы уже объявили о том, что в будущем использование Sailfish станет доступным владельцам Android-устройств  (понятно, что не всех вообще, хотя потенциально никто не запрещает вынести пользовательский уровень Sailfish в приложение Android), так что система хорошо документирована и поддержана.

Вместо лишней деталировки скажу сразу, чем мне лично безоговорочно понравилась Sailfish, и ради чего, по моему скромному мнению, стоит обратить внимание на эту систему. Речь идёт о всего лишь одной концептуальной конструкции пользовательского интерфейса, которая… Которая, я бы не побоялся сказать, по разумности значительно превосходит всё, что мы видим в мобильных интерфейсах сейчас. «Активные обложки» (active covers) приложений в ОС Sailfish – это нечто среднее между тайлами Windows (общее у них одно – они достаточно большие), более традиционными виджетами и одновременно – пиктограммами исполняющихся программ. Это означает, что Sailfish не нужны отдельные режимы для «домашнего экрана» и экрана, отображающего исполняющиеся задачи (для переключения между ними). «Активные обложки» - часть «домашнего экрана» Sailfish, они образуют «список» запущенных приложений, который «листается», кратковременное нажатие на активную обложку вызывает переключение на выбранное приложение, долговременное даёт доступ к возможности закрыть приложение, а активный характер, придающий «обложкам» характер виджетов, позволяет приложению выводить в «обложку» какую-то информацию и/или элементы пользовательского интерфейса. На деле я ждал такой концепции именно от тайлов Windows (исходя из логики их размеров), но не дождался. Вот так выглядит экран Sailfish ОС с видимыми четырьмя одновременно запущенными приложениями и, соответственно, с их «активными обложками»:

С финским спокойствием и упорством…

 
Очень удачная концепция интерфейса, я считаю. Она не столько исключает потребность в лишних действиях для переключений между задачами (например, по сравнению с ОС Android), сколько придаёт не совсем внятной концепции «виджета» осмысленность и унифицирует концептуально разные фрагменты интерфейса в одно целое. И всё это делается весьма простым для разработчика способом, практически не ограничивая его возможности (активные обложки – полноценные окна приложений), несмотря на малый размер «обложки-виджета».

По-моему, только концепция «активных обложек» в Sailfish уже достойна внимания. Вообще удивительно, как никто из грандов не додумался до этого раньше. И подозреваю, что уже опытным пользователям мобильных устройств эта концепция понравится. Что весьма облегчит вход на рынок продукции компании Jolla. Впрочем, если заведомо неживая Nokia N9 в своё время была встречена чуть ли не аплодисментами, удивительного в этом ничего нет. Также очень интересной и полезной концепция такого интерфейса без сомнения окажется в планшетном мире. Когда-то для Android была реализована многообещающая альтернативная пользовательская оболочка Chameleon Launcher, создатели которой несколько перегнули палку при «раскачке» своего детища и тем самым сами себе вырыли яму. А разработка была хорошей. Она превращала экран планшета в журнал из виджетов, и даже предлагала механизмы создания собственных виджетов (что, конечно, оказалось в итоге лишним). Но в ней не было принципиальной, если можно сказать, новизны. Это была больше попытка в области эстетики (и как раз в этой области однозначно удачная). «Активные обложки» же потенциально предлагают и эстетику (потенциально – да), и информативность, и удобство. Такое сочетание в первую очередь оценят именно опытные пользователи, уже для себя выработавшие собственные чёткие критерии требований к пользовательскому интерфейсу.

В общем, это очень хорошо, что в мобильном мире появилась новая система, подкреплённая реальным коммерческим устройством, ещё и вышедшая не из noname-артели. Даже если Jolla останется нишевым производителем локального рынка – всё равно хорошо.

Ну и самое хорошее во всей этой истории. Кажется, опыт Jolla демонстрирует нам, что вожделенная многими и ставшая мемом «Linux на десктопе и с человеческим лицом» – не такая уж и страшная штука, больше того, она неизбежно будет востребована. И, значит, появится. Часть логических рассуждений была выше – раз бешеный рост спроса в мобильном сегменте и очень большие возможности разработки на компонентном уровне вызвали такие тектонические сдвиги, как перерастание производителей конечного продукта в производителей системообразующих компонентов, то и рост требований к рабочим станциям по мере сокращения ёмкости рынка ПК должен вызвать потребность в создании куда более специфических архитектур, а такое без использования открытых программных систем, что очевидно, практически невозможно. По сути, мы опять говорим о противостоянии двух компонентных моделей – «чёрных ящиков» и открытой. Во время дорогих аппаратных средств модель «чёрных ящиков» была выгодной всем, как и «архитектурная закрепощённость». Средние игроки рынка экономически не могли себе позволить вторгнуться в переделы, где «паслись» гиганты, у которых были возможности, и потому находили собственные ниши. И всё это поддерживалось ростом спроса на стандартные ПК. Но вот рост закончился, начался спад, средним игрокам дозволено куда больше, и теперь в типовой квартире «продвинутого» гражданина среднего достатка есть «умный телевизор» (Linux или, реже, Android), WiFi роутер (однозначно Linux), медиацентр (чаще всего Linux), Sony Playstation (FreeBSD), пара смартфонов (iOS или Android, несоизмеримо реже – WP8), планшет (iOS или Android). Это всё – устройства, цена которых практически не позволяет их реализовать при использовании закрытого ПО (если речь идёт об iOS и WP8 - то у устройств, использующих эти ОС фактически по одному производителю, по совместительству и собственнику открытых исходных текстов своей же системы), или «черных ящиков». Слишком они разные. И по этой же причине, к слову, в мире embedded систем очень редко принята коммерческая поставка бинарных закрытых компонентов, это мир открытых кодов. Потому что они практически всегда требуют существенной модификации для реализации нужного в рамках имеющегося бюджета и для достижения интересной рынку цены конечного изделия.

Так что всему своё время.

А финской компании Jolla – успехов в продвижении своих разработок, потому что это же хорошо, когда в мире становится больше хорошо сделанного.

Откланиваюсь.

+1618
голосов

Напечатать Отправить другу

Читайте также

Давно слежу за Sailfish - меня она в свое время очень впечатлила. Что еще важно - эта платформа очень хорошо подходит для любых встраиваемых систем с визуальным интерфейсом - автомобильные навигаторы/CarPC, медиацентры, Digital Signage, цифровые киоски и т.п.

Что касается соотношения цен на процессоры, то 8088 был ровно вдвое дешевле в пересчете на построение готовой системы, так как не требовал сложной логической обвязки и готовый микроконтроллер содержал на 50-60% меньше компонент, по сравнению с 8086.

По средствам разработки, то тут должен поправить - у Иинтела к моменту разработки х86 уже были наработаны САПР и высокоуровневые библиотеки и основной проблемой при проектировании были не схемотехнические, а технологические проблемы. Для этого использовались средства АРМ VAX/VMS и Unigraphics.

Насчёт наличия у Intel в 1976 году, когда начали проектировать i8086, EDA системы очень не уверен, потому что первая коммерческая система появилась на рынке в 1981, а Verilog (первый де-факто стандартный язык проектирования в этой области) - так и вовсе в 1986. Ключевая работа, с которой всё и началось в EDA, вышла в 1979 году, и это было из Xerox фактически.

Да и гадать не надо, люди изрядно покопошились в истории, например, http://webee.technion.ac.il/people/kolodny/ftp/IntelCADPaperFinal2.pdf
Там весьма забавно.
Похоже, что проектирование именно i8086 ещё "вытащили" привычными методами, а вот куда более сложный сопроцессор уже не могли, и это было началом RTL. Но до сквозного проектирования ещё было как до небес.

А наработки оформили в повторно используемую библиотеку вообще сторонними силами и после 486-го процессора, оказывается. Что, в принципе, логично.

По ссылке - исторически все вроде бы верно изложена история САПР в Интел. Но есть несколько нюансов. RTL в компании приживался тяжело, но хорошо показал себя еще на разработке 8255/8251/8259, которые разрабатывались одновременно с 8080/8085 (кстати - еще тогда вынесение "обвязки" на кристалл сочли полезным и было повторено на 8086/8088). Вообще - эволюция САПР-систем в Интел - это большая трагическая история. Одна только 432-я серия чего стоила (кстати - именно она стала прародителем PentiumPro). Именно на 432-й отрабатывались основные средства разработки и были достигнуты многие архитектурные прорывы. Но "публика" холодно приняла Ада и 432 проект был похоорнен, но RTL уже оказался внедрен и вместо увольнения команда 432-го занялась немного другими работами.

 
 
IDC
Реклама

  •  Home  •  Рынок  •  ИТ-директор  •  CloudComputing  •  Hard  •  Soft  •  Сети  •  Безопасность  •  Наука  •  IoT