`

СПЕЦИАЛЬНЫЕ
ПАРТНЕРЫ
ПРОЕКТА

Архив номеров

Как изменилось финансирование ИТ-направления в вашей организации?

Best CIO

Определение наиболее профессиональных ИТ-управленцев, лидеров и экспертов в своих отраслях

Человек года

Кто внес наибольший вклад в развитие украинского ИТ-рынка.

Продукт года

Награды «Продукт года» еженедельника «Компьютерное обозрение» за наиболее выдающиеся ИТ-товары

 

Александр Москалюк

Из прочитанного: Moonwalking with Einstein

+33
голоса

Лунный танец с Эйнштейном – книга была рекомендована Биллом Гейтсом, который, кстати, весьма неплохой рецензент – читает то, что ему интересно, взяток за рецензии с авторов не берет. Журналист Джошуа Фоер публикует ряд статей об американской олимпиаде по спортивной памяти (она есть не только американская, но и мировая) и в процессе встречается с людьми с фе-но-ме-наль-ной (как в анекдоте про мальчика) памятью. После этого он задается вопросом – что такого особенного в этих людях, что они обладают возможностью запомнить последовательность из нескольких тысяч случайных чисел, порядок случайно смешанных двух колод карт, набор из случайных слов и т.д.?

Фоер рассматривает некоторые профессии, где память играет кардинальную роль. Одна из таких – определитель пола цыплят. Жесткие условия птицефабрики ведут к тому, что наиболее ценным продуктом являются куры (так как в будущем производят яйца), а вот особи мужского пола хоть и нужны, но не в задуманной природой пропорции 50/50, итого большинство новорожденных цыплят-петухов отправляют на заготовку ингредиентов к старинному русскому блюду Чиккен МакНаггетс. Но определить пол новорожденного цыпленка (тем более делать это верно при очень высоком темпе конвейера) весьма и весьма трудно. Людей, которые умеют это делать с погрешностью не более 1-2%, в свое время развозили бизнес-классом по всему миру. Здесь навыки, заложенные в память, глубоки настолько, что даже если профессионального определителя занять подготовкой лекций для других, он все равно не сможет назвать четких критериев, используемых его мозгом. Но самое важное в исследовании Фоера – это то, что никаких особенных интеллектуальных навыков за определителями, которые зарабатывали сотни тысяч долларов, не замечалось.

Аналогично Фоер пытается найти нить между успехом в шахматах и интеллектом, и снова не находит. Тесты интеллекта профессиональных гроссмейстеров ставили их в один ряд с другими лицами, у кого было высшее образование.

Фоер начинает встречаться с известными деятелями в мире памяти. В том числе и с неким EP, который находится на учете в медицинском центре Сан-Диего из-за полной и постоянной амнезии – ЕР обладает буфером памяти примерно в минуту, но записал в долгосрочную память многие вещи из своей молодости, типа владение языком и завязывание шнурков, и сегодня ведет относительно спокойную жизнь (все соседи уже как-то привыкли знакомиться с ЕР по новой при каждой встрече).

Фоер встречается с учеными, которые исследуют феномены в области памяти, и которые работают с призерами соответствующих олимпиад. С их доступом к УЗИ и магнитно-резонансной томографии ученые способны делать лишь один вывод – те, кто демонстрируют феноменальную память, при работе с памятью используют больший объем мозга, чем те, кто память не тренируют. Вывод не шибко сенсационный – тот, кто качает бицепсы, в итоге получает бицепс выше среднего, тот, кто занимается бегом на длинные дистанции, имеет большие шансы пробежать марафон чем тот, кто бегом не занимается вообще, а тот, кто в день заучивает по слову из японского языка, уже через весьма короткий период обладает большим вокабуляром, чем тот, кто языком не занимается.

В книгах про наркоторговлю писателю постоянно приходится бороться с искушением попробовать продукт, аналогично Фоер в процессе написания книги постоянно сталкивается с предложением самому попробовать ремесло со стороны собеседуемых. Большинство участников олимпиад гениев из себя не строят, и ссылаются на ряд популярных методик, широко описанных в литературе (а таких книг много). Периодически некоторые из них самостоятельно изобретают какой-то новый метод, который позволяет им на следующей олимпиаде оставить конкурентов позади, однако вскоре спортивный интерес приводит к тому, что уже все могут запомнить случайную колоду из 52 карт за минуту, а не за две.

Фоер примыкает к культу, и в процессе мы узнаем о некоторых классических методах. Что касается цифр, то здесь полезно присвоить какой-то личный атрибут каждому двузначному числу. Скажем, 21 – мой день рождения, я себе в уме это ассоциировал с тортом со свечками, 45 – год победы. Итого комбинацию 4521 можно запомнить следующим образом – солдаты с красным флагом карабкаются на купол Рейхстага, где их внезапно ждет торт со свечками. Отсюда, кстати, и название книги – "лунный танец" Майкла Джексона и Альберт Эйнштейн в иерархии Фоера занимают какое-то свое место, в итоге комбинация из них способствует запоминанию какого-то числа или карточной последовательности. Наш мозг фильтрует все обыденное, поэтому чем гротескнее, фантасмагоричнее и неожиданнее комбинация картинок, тем быстрее она запомнится. Аналогичный трюк можно проделать и с картами – закрепив каждую карту из колоды за историческим персонажем, знакомым, явлением или действием, запомнить последовательность колоды можно, если создать в уме красочную и уникальную последовательность, желательно настолько неординарную, чтобы о ней было стыдно говорить вслух.

Что дает тренировка памяти, если сегодня поиск нужной информации в Гугле – вопрос пяти секунд и качества 3G-связи? Во-первых, исчезает забывчивость в плане имен. Это, кстати, один из этапов американской олимпиады по памяти – участникам раздается сотня случайных фотографий, подписанных сотней имен и победителем (после краткого ознакомления со списком) является тот, кто назовет максимально правильное количество имен, когда ему покажут фотографию. Во-вторых, хорошая память становится фундаментом для хорошей беседы – собеседник, который всегда может уместно процитировать Конфуция или Карла Маркса, обретет репутацию интеллектуала (а запоминание цитат либо поэзии также является рекомендуемым упражнением). В-третьих, у человека с натренированной памятью открываются новые возможности в плане изучения иностранных языков, музыки, шахмат и других наук и искусств, рассчитывающих на закрепление навыков. В-четвертых, в процессе составления этих ментальных цепочек вырабатывается креативность, и один из персонажей книги имеет следующее мнение насчет креативности мозга вообще:

"In our gross misunderstanding of the function of memory, we thought that memory was operated primarily by rote. In other words, you rammed it in until your head was stuffed with facts. What was not realized is that memory is primarily an imaginative process. In fact, learning, memory, and creativity are the same fundamental process directed with a different focus,” says Buzan. “The art and science of memory is about developing the capacity to quickly create images that link disparate ideas. Creativity is the ability to form similar connections between disparate images and to create something new and hurl it into the future so it becomes a poem, or a building, or a dance, or a novel. Creativity is, in a sense, future memory.” If the essence of creativity is linking disparate facts and ideas, then the more facility you have making associations, and the more facts and ideas you have at your disposal, the better you’ll be at coming up with new ideas.

Читатель может забежать вперед и подсмотреть содержание одиннадцатой главы книги – после того, как постоянные собеседования с участниками олимпиад подстегивают Фоера заняться тренировкой собственной памяти, он активно практикует ремесло и в 2006 г. становится победителем американской олимпиады по памяти, лишний раз демонстрируя, что с феноменальной памятью не рождаются – ее тренируют (хотя тезис особо никем и и не оспаривается). Он также установил новый национальный рекорд по запоминанию колоды карт.

Выступление автора на конференции TED:

+33
голоса

Напечатать Отправить другу

Читайте также

 
 
IDC
Реклама

  •  Home  •  Рынок  •  ИТ-директор  •  CloudComputing  •  Hard  •  Soft  •  Сети  •  Безопасность  •  Наука  •  IoT