`

СПЕЦИАЛЬНЫЕ
ПАРТНЕРЫ
ПРОЕКТА

Архив номеров

Как изменилось финансирование ИТ-направления в вашей организации?

Best CIO

Определение наиболее профессиональных ИТ-управленцев, лидеров и экспертов в своих отраслях

Человек года

Кто внес наибольший вклад в развитие украинского ИТ-рынка.

Продукт года

Награды «Продукт года» еженедельника «Компьютерное обозрение» за наиболее выдающиеся ИТ-товары

 

Танец с Драконом, или куда пропали $580 млн?

+66
голосов

Продажа известной ИТ-компании не принесла ее владельцам ни копейки, и одновременно лишила их прав на собственные разработки. Речь идет о Dragon Systems, некогда лидере рынка систем распознавания речи, в деле которой сейчас пытается разобраться Окружной суд Бостона

Танец с Драконом, или куда пропали 0 млн?
Джеймс и Джанет Бейкеры демонстрируют систему распознавания речи DragonDictate-30К, 1990 г.

С начала создания компьютерных систем важнейшими аспектом разработки стали инструменты обеспечения коммуникаций человека и машины. Очевидно, программный код – не самый удобный инструмент, к тому же доступный исключительно специалистам. Ему на смену пришел диалоговый интерфейс, требующий определенных знаний специфических команд, затем – графический интерфейс, рассчитанный на пользователя с минимальной подготовкой. Именно переход к простому интерфейсу в большой степени обусловил развитие инфраструктуры персональных ПК. В то же время письменный ввод команд и выбор опций – не самый естественный способ коммуникаций для человека. Самый простой метод, конечно же, общение с помощью речи.

Попытки создать речевой интерфейс предпринимались еще на ранних этапах развития компьютерной техники. В 1952 г. американская Bell Laboratories представила систему Audrey, которая оперировала только цифрами, воспринимала только мужской голос, могла различать отдельные слова и достигала точности 90%. Десять лет спустя, в 1962 г. IBM представила компьютер Shoebox, способный распознавать 16 слов на английском языке. В начале 1970-х речевые технологии привлекли внимание Агентства передовых исследовательских проектов (ARPA) Министерства обороны США.

Именно тогда, еще будучи студентами Рокфеллеровского университета (Нью-Йорк), Джеймс (James Baker) и Джанет (Janet Baker) Бейкеры начали интересоваться системами распознавания речи. Для работы в этом перспективном направлении молодой семье пришлось переехать в Университет Карнеги-Меллона, который стал основным получателем грантов по программе ARPA Speech Understanding Research. Именно там аспирант Джеймс Бейкер создал систему Dragon, на основании которой университет Карнеги-Меллона предложил прототип Harpy8, способный понимать около тысячи слов с точностью 90% и признанный ARPA лучшим проектом.

Предложенный Бейкером подход был новаторским. В то время большинство систем распознавания речи идентифицировали сказанное с учетом контекстной информации (личности пользователя, знаний пользователя, пр.), предположений о сказанном слове и правилах английской грамматики. Джеймс Бейкер отошел от стандартных методов и предложил схему на основании исключительно статистических зависимостей (вероятности того, что после сказанного появятся еще два или три слова). Для этого метода был разработан фонетический словарь со звуками, характерными для разных групп слов, и предложен алгоритм дешифровки, работающий на основании оценок вероятностей того, что фонетический набор звуков принадлежит той или иной группе.

Фактически, это была реализация скрытой марковской модели. В обычной марковской модели состояния видимы наблюдателю, а сама модель описывается вероятностями переходов из одного состояния в другое. В скрытой марковской модели наблюдаются некоторые переменные, на которые оказывает влияние состояние модели. Поскольку каждое состояние имеет известное распределение среди всех возможных выходных значений, то последовательность, сгенерированная скрытой марковской моделью, несет информацию о множестве состояний. Неизвестные параметры системы определяют исходя из наблюдаемых, и используют в дальнейшем анализе, например, для распознавания образов. Именно вероятностный подход позволил разработке превзойти все имеющиеся на тот момент конкурирующие системы. Программа Джеймса и Джанет Бейкеров умела работать примерно с тысячей слов, но не в реальном времени – для декодирования одного простого предложения на IBM System 370 системе требовалось около часа.

В 1980-х системы распознавания речи расширялись за счет новых подходов и технологий, и к концу десятилетия их словарь увеличился до нескольких тысяч слов. Компания IBM сосредоточилась на разработке метода N-грамм (непрерывных последовательностей из N элементов заданного текста или речи), и обучаемых систем. Bell Laboratories создавала инструменты, способные выявлять акценты, акустические параметры, и не нуждалась в предварительном обучении. В 1982 г. Джеймс и Джанет Бейкер (James, Janet Baker) решили пуститься в самостоятельное плавание и для внедрения своих изобретений в области речевых технологий основали Dragon Systems.

Первые пару лет Dragon Systems существовала за счет мелких заказов, но разработки в направлении распознавания речи не прекращала. И уже в 1984 г. состоялась первая сделка – компания поставила британской Apricot Computer программу для ПК, которая позволяла с помощью голосовых команд открывать файлы и запускать программы. В 1986 г. Dragon Systems удалось получить контракт DARPA, и в 1988 г. была представлена первая система распознавания дискретной речи (т.е. речи, в которой слова разделены явными паузами), способная работать со словарем из более чем 8 тыс слов). Еще через два года была создана первая система распознавания связной речи для ПК (словарь в 5 тыс слов) и первый продукт преобразования речи в текст для DOS, DragonDictate. Эта программа надиктовки текста использовала модель триграмм и вначале не работала со связной речью; технологии сегментации текста были добавлены в нее только в 1993 г.

В июле 1997 г. компания выпустила Dragon NaturallySpeaking, общецелевую программу распознавания речи со словарем в 23 тыс слов, которая получила множество наград. Через месяц IBM представила ViaVoice, и уже к концу 1997 г. суммарные поставки этих речевых продуктов превысили 75 тыс шт. В то время Microsoft и Lucent только планировали выпуск аналогичных решений распознавания речи.

Параллельно на другом континенте, в Европе, в бельгийской глубинке, речевыми технологиями занималась другая компания, Lernout&Hauspie Speech Products, основанная в 1987 г. Джо Лернуа (Jo Lernout) и Полем Оспи (Paul Hauspie). На волне интереса к голосовой почте они загорелись идеей создать систему, которая позволила бы управлять ею голосом по телефону. Компания получила поддержку бельгийского правительства, но проект развивался очень медленно: чтобы прототип системы понимал пользователя, последнему приходилось делать большие паузы между словами и длительное время тренировать ПО.

Спустя некоторое время Lernout&Hauspie заключила соглашение с Intel о создании совместного предприятия для развития электронной коммерции и получила от американской корпорации $30 млн инвестиций. В 1996 г. Microsoft купила 10% акций Lernout&Hauspie за $60 млн и заключила лицензионное соглашение на использование голосового движка компании. Кроме того, владельцы Lernout&Hauspie придумали ряд сомнительных коммерческих схем, с помощью которых им удалось в 1998 г. получить прибыль $211,6 млн, а в марте 2000 г. – купить почти за $1 млрд Dictaphone, специализирующуюся на технологиях звукозаписи.

К концу 1999 г. конкуренция в сегменте распознавания речи возросла: по данным PC Data, Dragon Systems контролировала около 48% рынка, Lernout&Hauspie – около 36%, а IBM –15%. Бельгийцы отчаянно искали способ ускорить свои разработки, и отправили Dragon Systems предложение о покупке. Эта сделка открывала перед Lernout&Hauspie отличные перспективы: компания не только убирала со своего пути главного конкурента, но и получала штат высококвалифицированных разработчиков и лингвистов, а также интеллектуальную собственность – 35 патентов Dragon Systems в области речевых технологий. Появлялся шанс доработать прототип NAK преобразования речи в текст и текстово-голосовой модуль RealSpeak для управления электронной почтой, веб-серфингом и онлайн-транзакциями.

Итак, в конце 1999 г. Dragon Systems получила от Lernout&Hauspie предварительное предложение о покупке за $580 млн, пополам наличными и акциями. Проводить подобные операции своими силами не решится ни одна компания, и выбор Dragon Systems пал на Goldman Sachs, лидера рынка поглощений (кстати, консалтинговые услуги и сегодня приносят инвестиционному банку около 15% оборота). На ведение дел Dragon Systems компания Goldman Sachs выделила четверых: 21-летнего Т.Оти Смита (T.Otey Smith), Александра Берзофски (Alexander Berzofsky) 25-ти лет, Ричарда Вайнера (Richard Wayner) 32-х лет и 42-летнего специалиста по ИТ Криса Файна (Chris Fine). Молодость банкиров никого не смутила: для Уолл-Стрит Dragon Systems, компания с $70 млн годового дохода и 400 сотрудниками, – мелкая рыбешка. За услуги Dragon Systems согласилась заплатить $5 млн. Но кто курировал действия банкиров, впоследствии называемых в судебных документах «четверкой Goldman» остается загадкой. Самым опытным человеком, причастным к сделке, на которого в последствии ссылались как на руководителя, был Джин Сайкс (Gene T. Sykes), партнер Goldman Sachs, специализирующийся на проведении поглощений в сегменте высоких технологий.

Перед заключением соглашения о сотрудничестве в 1999 г. Goldman Sachs направила Dragon Systems документ, в котором информировала о том, что на первом этапе работы будет проведена проверка благонадежности финансового состояния компании Lernout&Hauspie: источники доходов, основные клиенты, ожидаемые темпы роста, финансовое состояние и финансовые партнеры. У Бейкеров были опасения, касающиеся лицензионных соглашений Lernout&Hauspie и ее сверхбыстрого роста в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Но если уж свои более слабые технологии Lernout&Hauspie умудряется так успешно продавать, чего можно ожидать от компании, в распоряжении которой появятся разработки Dragon?

В середине февраля 2000 г. финансовый директор Dragon Systems Эллен Чемберлен (Ellen Chamberlain) обратилась с запросом к Goldman Sachs с требованием предоставить наконец данные о Lernout&Hauspie. Как сообщил позже в своих показаниях Р.Вайнер, реакция банка была однозначной – «выполнить желание клиента и перепроверить анализ состояния компании». В результате 29 февраля Goldman Sachs направила странный ответ, не адресованный никому лично из руководства Dragon Systems, и, как оказалось позже, не подписанный никем лично из самой Goldman Sachs. (Все банкиры, работавшие над данным поглощением, впоследствии отказалась признать, что документ был послан кем-то из них.) И этот ответ, когда он попал в руки Э.Чемберлен, очень ее удивил – оказывается, заниматься проверкой покупателя должна не Goldman Sachs, а Arthur Andersen, бухгалтерская компания Dragon! Получив письмо, Э.Чемберлен спешно вернулась в Dragon Systems из Seagate, где вела дела, но было уже поздно.

Руководители Dragon Systems были уверены, что Goldman Sachs, как и обязалась, выполнила проверку Lernout&Hauspie, в конце концов, за ведение сделки она получала $5 млн. Как заявил Дж.Бейкер впоследствии, детали сделки обсуждались и на встречах с представителями Goldman Sachs, и по телефону, «им было известно все о наших действиях, более того, они руководили этими действиями».

Один из инвестбанкиров, Р.Вайнер, присутствовал на одном из сеансов конференц-связи между Джанет Бейкер и Чарльзом Элиоттом (Charles Elliott), аналитиком Goldman Sachs в Лондоне. Дж. Бейкер интересовалась, почему котировки акций Lernout&Hauspie быстро меняются, но Ч.Элиотт подчеркнул, что это связано с общей неуверенностью инвесторов в перспективах данного сегмента рынка, а не самой компании, и заверил в том, что котировки акций объединенного предприятия будут уверенно расти. Много лет спустя, уже в ходе судебного разбирательства, Ч.Элиотт признал, что на самом деле не следил за котировками Lernout&Hauspie, это входило в круг обязанностей другого аналитика Goldman Sachs, который покинул компанию вскоре после проведения сделки Dragon. Таким образом, проверкой состояния компании, которой Бейкеры намеревались вручить будущее своих разработок, в Goldman Sachs, видимо, вообще никто не занимался.

В начале марта 2000 г. Р.Вайнер отправляясь в отпуск, предупредил руководство Dragon Systems, что некоторое время будет недоступен и посоветовал в случае необходимости обращаться к другим специалистам Goldman Sachs. И во время его отсутствия Lernout&Hauspie сделала еще более заманчивое предложение, $580 млн в акциях, а стоимость ее акций как раз росла. 8 марта 2000 г. Бейкеры сдались и при участии своих инвестиционных банкиров согласились на сделку. Р.Вайнер был в отпуске и 27 марта 2000 г., когда совет директоров Dragon Systems утвердил договор, кстати, в присутствии Т.О.Смита и К.Файна из Goldman Sachs. На совете директоров никто из представителей Goldman Sachs не выступил, но это не помешало единогласно одобрить сделку, а сторонним наблюдателям запомнить радость инвестиционных банкиров. Спустя десять лет Р.Вайнер признал, что занявший длительное время вопрос о проверке благонадежности компании-покупателя так и не был разрешен, но в телефонном разговоре с руководством Dragon Systems в момент утверждения сделки советом директоров он об этом «почему-то не сказал».

7 июня 2000 г. поглощение было завершено. Исполнительный директор Dragon Systems получил поздравительное письмо об окончании сделки от инвестиционного банка, представлявшего Lernout&Hauspie. Инвесторы Goldman Sachs получили за свои услуги $5 млн, но информация о завершении сделки Dragon Systems от представляющего ее инвестбанка так и не поступила. Зато всего через месяц, в начале августа 2000 г. репортеры Wall Street Journal сделали то, что хваленые и высокооплачиваемые четверо специалистов Goldman Sachs выполнить так и не удосужились. Они взяли и позвонили клиентам Lernout&Hauspie в Азии, и оказалось, что так называемый крупный южнокорейский клиент вообще не ведет и никогда не вел никаких дел с бельгийским производителем речевых технологий!!!

Танец с Драконом, или куда пропали 0 млн?Вокруг Lernout&Hauspie разгорелся финансовый скандал, вскрылись ее сомнительные финансовые транзакции, после чего в ноябре 2000 г. компания была вынуждена объявить себя банкротом. В апреле 2001 г. ее основатели и исполнительный директор были арестованы за участие в финансовых махинациях, а 25 октября 2001 г. Lernout&Hauspie окончательно прекратила свое существование. После этого стремительного падения все права на продуктовую линейку Dragon приобрела ScanSoft, а в 2005 г., после фактического поглощения Nuance Communications, все речевые технологии были сосредоточены под новым брендом Nuance и получили широкое распространение во всем мире.

Джеймс и Джанет Бейкеры строили Dragon Systems на протяжении 20 лет и превратили ее в многомиллионное предприятие, фактически компания была их третьим ребенком. В результате махинаций при поглощении чета Бейкеров осталась и без компании, и без патентов, и без денег. Они потеряли все, но как отмечает сам Дж. Бейкер, главным ударом стало то, что они лишились возможности продолжить работу всей своей жизни. И, как полагают бывшие владельцы Dragon Systems, по вине Goldman Sachs. Впрочем, Бейкеры инициировали иски и против других участников сделки.

Поведение Goldman Sachs в этой истории действительно вызывает очень много вопросов. Почему и кем не была выполнена проверка финансовой состоятельности Lernout&Hauspie, тем более что о необходимости такого анализа говорилось с самого начала сотрудничества Dragon Systems и Goldman Sachs?

Далее, не только эксперт из Лондона, который якобы отвечал за Lernout&Hauspie, но и все занимавшиеся проведением сделки инвестиционные банкиры спешно, до конца 2000 г., покинули Goldman Sachs. Р. Вайнер ушел сразу после поглощения Dragon Systems и в 2002 г. неожиданно появился в инвестиционной компании Keffi Group. Т.О.Смит сейчас работает вице-президентом в инвестиционной компании RLJ Equity Partners. А.Берзофски (Alexander Berzofsky) дослужился до должности управляющего директора в большой частной инвестиционной компании Warburg Pincus. И только Джин Сайкс (Gene T. Sykes), который под присягой открещивается от причастности к делу Dragon Systems, остался в Goldman Sachs и продвинулся до поста управляющего директора и председателя Global Technology, Media & Telecommunications Investment Banking (а это, между прочим, одна из самых влиятельных должностей на Уолл-Стрит).

Есть и еще одна странность. За два года до описанных выше событий сама компания Goldman Sachs, а именно ее инвестиционное подразделение, рассматривала вопрос о вложении $30 млн в Lernout&Hauspie, Project Sermon. Лука Велуси (Luca Velussi), в то время работавший аналитиком Goldman Sachs, в ходе следствия по делу Бейкеров, пояснил под присягой, что перед принятием решения об инвестировании Goldman Sachs всегда проводит собеседование с клиентом, и после общения с руководителем Project Sermon на основании предварительной оценки состоятельности компании было принято решение не инвестировать в Lernout&Hauspie. Конечно, анализ перспективности инвестиций в Lernout&Hauspie проводило другое подразделение Goldman Sachs, но вряд ли сомнения в финансовой чистоте компании не были известны консалтинговому подразделению инвестбанка.

Впрочем, это не единственный случай, когда Goldman Sachs дает основание обвинять себя в нечестности по отношению к собственным клиентам. Достаточно упомянуть уголовное расследование, инициированное против Goldman Sachs сенатором США Карлом Милтоном Левиным (Carl Milton Levin) по делу финансового продукта Abacus, основанного на ценных бумагах, связанных с рынком ипотечного кредитования в США. Во время финансового кризиса 2007-2008 гг. Goldman Sachs советовала приобретать высокорисковые ценные бумаги, не предупреждая о возможных последствиях, и одновременно играла на рынке против своих же клиентов (естественно, с пользой для себя). Компания Goldman Sachs, конечно, вину не признала, но согласилась выплатить $550 млн для урегулирования в досудебном порядке гражданских исков по данному делу, что весьма показательно.

Заявленные Бейкерами исковые требования почти вдвое больше, около $1 млрд с учетом стоимости компании, технологий и судебных издержек. Впрочем, как уверяет адвокат Алан Котлер (Alan K. Cotler), дело Бейкеров против Goldman Sachs на самом деле не такое уж сложное, его можно описать всего одной фразой. «"Четверка Goldman" состояла из неопытных, некомпетентных, ленивых и никем не управляемых инвестиционных банкиров, которые не уделили должного внимания небольшой с точки зрения аппетитов Goldman Sachs сделке».

Защита Goldman Sachs базируется на трех весьма сомнительных утверждениях:

  1. У Бейкеров нет оснований судиться;
  2. Goldman Sachs не была обязана провести проверку финансового состояния Lernout&Hauspie;
  3. Банкиры Goldman Sachs работали хорошо.

А адвокат Goldman Sachs Джон Донован (John D. Donovan) из бостонской адвокатской компании Ropes & Gray заявил просто: «судиться с Goldman Sachs за невыполнение обязательств может исключительно Dragon Systems, а компании больше нет». Нет компании – нет проблемы! Более того, инвестбанк подал встречный иск, обвинив Джанет Бейкер в том, что своим иском к Goldman Sachs она нарушила контракт!

Далее, для обеспечения своих позиций в деле Бейкеров Goldman Sachs «вдруг» вспомнила о письме от 29 февраля 2000 г., отправленном неизвестно кем неизвестно кому, и пытается привлечь к ответственности бухгалтерскую компанию, обслуживавшую Dragon Systems. Обе стороны процесса задействовали внешних экспертов, которые дали совершенно противоположные свидетельства об обязанностях Goldman Sachs произвести анализ финансовой состоятельности участвующих в сделке компаний. В доказательной базе уже более 30 данных под присягой свидетельских показаний, которые в общей сумме занимают 8 тыс страниц.

Что ж, непросто такое себе представить, тем более когда речь идет о стране с развитой судебной системой. Однако, похоже игры с виртуальными деньгами и миллиардными инвестициями лишают финансистов связи с действительностью, а судей объективности. В случае с компанией Dragon Systems результатом стало то, что ее основатели и талантливые ученые, Джеймс и Джанет Бейкеры, последнее десятилетие занимаются судебными тяжбами. Вместо того, чтобы развивать перспективное направление речевых интерфейсов, способных существенно упростить взаимодействие человека с компьютерами. Остается только надеяться, что в данном случае справедливость все-таки восторжествует, а виновные понесут ответственность. Хотя, прорыву в области систем распознавания речи это уже едва ли поспособствует.

+66
голосов

Напечатать Отправить другу

Читайте также

Да из-за этих гадов Lernout&Hauspie до сих пор нет не то что бы систем диктовки, но и нормальной программы чтения текста вслух. А какие были надежды в начале 2000-х...

 
 
IDC
Реклама

  •  Home  •  Рынок  •  ИТ-директор  •  CloudComputing  •  Hard  •  Soft  •  Сети  •  Безопасность  •  Наука  •  IoT