`

СПЕЦИАЛЬНЫЕ
ПАРТНЕРЫ
ПРОЕКТА

Архив номеров

Как изменилось финансирование ИТ-направления в вашей организации?

Best CIO

Определение наиболее профессиональных ИТ-управленцев, лидеров и экспертов в своих отраслях

Человек года

Кто внес наибольший вклад в развитие украинского ИТ-рынка.

Продукт года

Награды «Продукт года» еженедельника «Компьютерное обозрение» за наиболее выдающиеся ИТ-товары

 

Реальная экономика виртуальных витрин

Статья опубликована в №13 (679) от 14 апреля

+66
голосов

До последнего времени многие игроки рынка компьютерной техники не уделяли достаточно внимания интернет-торговле ввиду сравнительно небольших объемов продаж в этом канале. Однако в современных условиях подобные проекты показали себя более устойчивыми к влиянию рецессии по сравнению с розницей, что дает основания для сдержанного оптимизма в отношении их будущего.

Мы собрали за круглым столом руководителей ряда известных, не один год присутствующих на рынке и активно растущих онлайновых площадок, специализирующихся на электронике, чтобы узнать от них об особенностях развития дистанционной торговли у нас в стране, поговорить об их взаимоотношениях с производителями и поставщиками, а также услышать их мнение о перспективах данного направления в целом. Нашими собеседниками стали: Вячеслав Данильченко, директор интернет-магазина «Цифра»; Иван Марченко, коммерческий директор интернет-магазина NovoStar.com.ua; Евгений Сокольников, директор компании «Сокол»; Константин Сокур, директор по развитию сети онлайн-гипермаркетов Tehnotrade.com.ua и Domix.com.ua, а также Владислав Чечеткин, руководитель проекта Rozetka.com.ua

Начать нашу беседу хотелось бы с аудитории. Как она развивается, какие изменения произошли с момента открытия ваших магазинов?

Реальная экономика виртуальных витрин

Вячеслав Данильченко: Аудиторию, мне кажется, надо различать до ноября прошлого года и после. Если ранее количество покупателей интернет-магазинов стабильно увеличивалось за счет роста числа пользователей Сети и повышения доверия к виртуальным витринам, то в конце 2008 г. потребительская активность резко упала, что, естественно, коснулось и онлайн-торговли. По данным аналитиков, спрос в рознице уменьшился примерно вдвое, однако в последнее время ситуация стабилизировалась.
Евгений Сокольников: Бесспорно, спрос упал везде и в интернет-магазинах в том числе. За прошедший год объемы наших продаж увеличились и довольно неплохо. Между тем из-за отрицательной динамики последних месяцев эти показатели серьезно отстают от запланированных.

Рецессия в экономике меняет расстановку сил во всех сегментах, и создается впечатление, что интернет-магазины сейчас оказались в более выигрышном положении. Это так?

Иван Марченко: Если говорить о перспективе, то да. Сейчас на долю интернет-торговли, по моему мнению, приходится где-то 5–10% всех розничных продаж ИТ-техники, а года через два-три она вырастет до 20%. Но на текущий момент все выглядит несколько иначе – покупательная способность населения значительно сократилась, и пережить трудные времена онлайн-магазинам, как и всем, будет непросто.
Вячеслав Данильченко: Хочу отметить, что в отличие от розничных сетей я не слышал пока еще о закрытии серьезных интернет-проектов, хорошо отлаженных на уровне бизнеса. А это, мне кажется, уже показатель.
Владислав Чечеткин: Тут дело в специфике самой модели. Интернет-магазин может работать, даже сократив персонал до нескольких человек, а традиционный салон – нет.
Вячеслав Данильченко: Я об этом и говорю. В силу своих особенностей онлайн-площадки оказались более выживаемой формой. Скажем, склады у них меньше, а ассортиментная политика гибче. Ведь складские остатки во время кризиса камнем тянут компании на дно. К тому же срок реализации товара в обычном магазине больше.

То есть, в принципе, можно говорить, что сложившаяся экономическая ситуация способствует усилению интернет-розницы?

Реальная экономика виртуальных витрин
Константин Сокур, директор по развитию сети онлайн-гипермаркетов Tehnotrade.com.ua и Domix.com.ua

Евгений Сокольников: Мы просто более гибкие и можем быстрее перестроить свой бизнес под изменяющиеся условия. В то же время у нас есть ряд затрат, которые у обычных торговых сетей отсутствуют.
Вячеслав Данильченко: Кризис серьезно ударил по розничным сетям. Люди успели привыкнуть к стабильности, и многие сети готовы были ради расширения бизнеса мириться с убыточностью части магазинов. Теперь же, в ближайшие два-три года, крупные игроки вынуждены будут оптимизировать расходы и развиваться далее не смогут. Соответственно, потребительский спрос будет перераспределяться.
Константин Сокур: Я считаю, что кризис никому не на руку. Расходы у всех растут, а доходы уменьшаются. Разве что реклама подешевела. Думаю, мы и без того смогли бы занять 20% рынка. Но сейчас его объемы сильно сократились, обороты падают, условия для ведения бизнеса ухудшились.
Сергей Арабаджи: Мне кажется, изменилось само отношение потребителей к интернет-магазинам – оно стало более серьезным.
Владислав Чечеткин: Дело не в этом. По моему мнению, закрытие некоторого числа обычных магазинов нам клиентов не прибавит. Мне неприятно это говорить, но основным мотивом потребителей является более низкая цена. Может, в столице и есть люди, идущие в интернет-магазин по каким-то еще причинам, но в регионах нет. К тому же там мы сейчас наблюдаем ситуацию, которая была в Киеве три-четыре года назад – высокий уровень недоверия к онлайновым магазинам. Например, мы перед отправкой проверили комплектность ноутбука и вложили в коробку гарантийный талон, а клиент после получения заказа видит, что упаковку распечатывали и устраивает скандал. Он считает, что его пытаются обмануть.

Можно ли говорить, что ваша аудитория за последние годы качественно изменилась и теперь к вам приходят не только опытные пользователи, но и обычные люди?

Вячеслав Данильченко: Безусловно, уровень компьютерной грамотности населения растет, да и доступ в Интернет становится дешевле. Молодое поколение постепенно обучает старшее. Что же касается доверия, то мне кажется достаточно одной удачной покупки, чтобы человек стал доверять самой системе интернет-магазинов и в следующий раз пришел снова.
Владислав Чечеткин: Как сказать. Вот в октябре-ноябре закрылось множество небольших интернет-магазинов, их клиенты лишились возможности вернуть неисправный товар, и вопрос недоверия вновь стал выходить на первое место. От представителей общества защиты прав потребителей я слышал, что 40–50% проблем у них возникает именно с техникой, купленной в онлайне.
Михаил Лаптев: Но ведь небольшие магазины закрывались во все времена.
Владислав Чечеткин: Сейчас это происходит более массово. Первая волна закрытий прокатилась где-то в ноябре, после неудачного октября. А вторая, тоже достаточно большая, была в январе, когда выяснилось, что рождественский сезон не принес особых результатов.

Не стало ли в то же время появляться больше новых магазинов, которые открывают люди, попавшие под сокращение, скажем, в компьютерных компаниях?

Реальная экономика виртуальных витрин
Вячеслав Данильченко, директор интернет-магазина «Цифра»

Иван Марченко: Ситуация такова, что если до кризиса в этот бизнес можно было легко войти, практически не имея денег, то сейчас требования со стороны поставщиков изменились. Да и кредит новому игроку вряд ли дадут.
Владислав Чечеткин: Лично я был уверен, что мелкие магазины пострадают меньше всего, а получилось наоборот – вероятно, из-за того, что у них все делалось скорее на уровне хобби. По крайней мере в ИТ-сегменте новых проектов сейчас практически не появляется, да и общее число интернет-магазинов заметно уменьшилось.Имиджевая реклама подешевела, зато на агрегаторах, по сути, подорожала, потому что конвертация переходов с них сильно упала. Спрос неудовлетворенный есть, а денег нет, и посетители все чаще уходят без покупки.

Означает ли это, что в области интернет-торговли сейчас также происходит усиление крупных игроков за счет сокращения мелких и средних?

Константин Сокур: Никто не может сказать, что такое мелкий, крупный или средний интернет-магазин. Торговых площадей в традиционном понимании у нас нет, а оборот, и уж тем более прибыль, за веб-страницей не видны.
Владислав Чечеткин: Тут я согласен, непонятно, по каким критериям определять масштабы. Есть примеры, когда магазин поддерживают три человека, но он сумел добиться неплохих результатов в каком-либо сегменте. Сильнее остальных пострадают те, кто не имел вообще никаких своих средств и жил исключительно за счет «оборачивания» денег поставщиков. Как только объемы продаж упали – им в такой возможности отказали. Конечно, мы тоже когда-то начинали и были небольшими. Но команда «Розетки» вышла на рынок с инвестициями, со знаниями. Когда в октябре оборот упал в два раза, мы не просрочили ни одного платежа.

В этих условиях изменились ли как-то ваши взаимоотношения с поставщиками? Прислушиваются ли они к вашим проблемам?

Константин Сокур: У дистрибьюторов на складах сейчас лежит много товара – это замороженные средства и большие убытки. Им нужно как-то продавать все это, а интернет-канал – это быстрые деньги и отчасти выход. Поэтому сейчас они охотнее работают с нами. Однако принципиально на отношении к нам это не отразилось.
Владислав Чечеткин: Просто исторически сложилось так. Дистрибьюторы считают, что они являются движущей силой канала, а интернет-магазины не доросли до того уровня, когда могут диктовать какие-то условия, как, например, розничные сети. К тому же сейчас, наверное, уже практически все дистрибьюторы открыли собственные онлайн-площадки.
Константин Сокур: Я не думаю, что такие проекты имеют хорошие перспективы. В нынешних условиях интернет-магазином должен руководить заинтересованный хозяин, а не наемный директор. Сейчас же единственное, чем они берут, – это регулярно продают в розницу товар дешевле, чем можем купить у них мы.
Владислав Чечеткин: Резюмируя, поставщики отношения к нам не изменили. Мы стабильно сотрудничаем с ними годами, но, образно говоря, в любой момент может прийти человек с улицы и, допустим, на условиях предоплаты получить ту же цену.Также старая проблема – магазины, принадлежащие сотрудникам дистрибьюторских компаний. Когда я начинал, они работали следующим образом: днем этот менеджер принимает заказы на свой мобильный телефон, а вечером берет товар со склада и со своими друзьями развозит его по клиентам. Ничего не изменилось по сей день – такие магазины существуют и, что самое обидное, по-прежнему получают суперцены, которые никому из нас и не снились.

А таких магазинов много, они влияют на рынок?

Евгений Сокольников: Скажем так, из-за своего демпинга они серьезно мешают работать по ряду популярных товарных категорий. Сами дистрибьюторы никакой особой выгоды от этого не получают, а нам такие «лавочки» приносят ощутимый вред. Причем несмотря на то, что проблеме много лет, она никак не решается.

А если говорить о производителях?

Реальная экономика виртуальных витрин
Владислав Чечеткин, руководитель проекта Rozetka.com.ua

Владислав Чечеткин: Практически все вендоры в Украине полностью полагаются на дистрибьюторов – на тех лежит и маркетинг, и масса других вопросов. Производители же продажами, по большому счету, никак не управляют. Средства на маркетинг в связи с тяжелой ситуацией нам сейчас либо вообще не выделяются, либо сильно урезаны. Не редки случаи, когда деньги производителей (рибейты, маркетинговые фонды и т. п.) просто не доходят до нас, оседая где-то у дистрибьютора. Кризис обостряет взаимоотношения и некоторые проблемы.
Евгений Сокольников: Не мешают продавать – и на том спасибо. Например, в середине прошлого года все вдруг массово решили регулировать цены в интернет-рознице, чем практически остановили наше развитие. В отличие от магазинов-однодневок, которые никто держать цены на определенном уровне не заставлял.

Отражается ли как-то на объемах продаж посещаемость сайта интернет-магазина?

Владислав Чечеткин: Эти вещи связаны, но не прямо пропорционально. Очень многое зависит от количества сотрудников, которых я могу содержать, и правильной цены, безусловно, являющейся одним из ключевых факторов. Но не менее важно наличие возможности обслужить всех желающих в данный момент времени. Кроме того, большое значение имеет качество аудитории. Нагнать на сайт толпу несложно, но если это не наш покупатель, то это будет только отвлекать сотрудников. По этой причине по посещаемости сайта о продажах интернет-магазина судить нельзя.

Но хотя бы примерно вы же знаете уровень конкурентов?

Вячеслав Данильченко: В том-то и дело, что нет. Открытой информации или рейтингов, которые бы позволяли сделать такую оценку, фактически нет. Мы можем судить только по каким-то косвенным признакам. Например, для авторизации у такого-то производителя по одному из уровней нужно продать определенное количество техники...

Если сравнивать ваши магазины с традиционными, какие главные преимущества у последних?

Вячеслав Данильченко: Очевидно, что основное их преимущество – это возможность увидеть и, что называется, потрогать товар.
Владислав Чечеткин: Кроме того, как это ни парадоксально в нынешних условиях, особенно для бытовой техники, есть еще одно преимущество – это лучшая цена. Сейчас в розничных магазинах стоимость товара нередко бывает ниже, чем в Интернете. Но, безусловно, если отвечать однозначно на ваш вопрос, то соглашусь с коллегой.

Получается у интернет-магазина есть необходимость иметь свою реальную витрину?

Реальная экономика виртуальных витрин
Иван Марченко, коммерческий директор интернет-магазина NovoStar.com.ua

Константин Сокур: Так она и так есть у многих.
Евгений Сокольников: У нас вот есть. Причем сначала мы открыли интернет-магазин, потом организовали пункт, куда можно прийти и своими глазами увидеть товар. Там есть свои консультанты, ценники – все, как в обычном салоне. Он способствует повышению продаж, но выделять его в отдельный бизнес, в отдельный магазин мы не планируем. Опять же, там доступен лишь ограниченный ассортимент.

Если уж мы начали сравнивать офлайн- и онлайн-розницу, как влияет на работу интернет-магазина фактор выходного дня?

Владислав Чечеткин: Желающие купить в субботу или воскресенье, конечно, есть, но таких людей немного. В основном это какие-то экстренные покупки, скажем подарок ко дню рождения.
Вячеслав Данильченко: Мы, например, работаем в субботу – развозим товары, оставшиеся с пятницы, – некоторым клиентам удобно заказывать доставку на выходной.
Константин Сокур: В плане удобства стоит отметить, что на продажи влияет многое – в обеденное время звонков меньше, так как чаще звонят из офисов, в очень хорошую или плохую погоду – также спад.
Владислав Чечеткин: Мне кажется, это скорее вопрос привычки. Есть правила, сложившиеся исторически, установленные игроками, и люди им следуют. Какие-то продажи, я думаю, будут и в воскресенье. Вопрос в том, если не продавать в воскресенье, эти клиенты позвонят в понедельник или уйдут к конкурентам? Доставку-то все равно, как правило, оформляют сегодня на завтра.

А какова доля людей, которые пользуются «корзиной»?

Владислав Чечеткин: Основная масса заказов – это звонки. Бoльшая часть (около 60%) покупок через «корзину» приходится на нерабочее время. То есть если в офисе трубку уже никто не берет, тогда используют «корзину». Тут еще дело в том, что многие люди не готовы купить сразу. Они хотят что-то спросить, уточнить. Так что преимущественно заказы делаются по телефону.Возвращаясь к вопросу доверия – фактически клиенты, которые звонят нам, кроме человеческого общения или получения консультации, хотят еще убедиться таким образом, что фирма действительно существует.Но это, кстати, не является чем-то особенным именно для Украины, насколько я знаю, в США доля звонящих в интернет-магазины также постоянно увеличивается, и крупные проекты вынуждены все больше внимания уделять call-центрам.
Вячеслав Данильченко: Тут необходимо добавить еще и то, что для многих людей покупка – процесс. Технику приобретают не так часто, и это в любом случае событие. Бывают клиенты, которые неделю звонят, задают какие-то вопросы, выбирают между двумя моделями, а потом покупают и остаются довольными.
Евгений Сокольников: Ведь человек не хочет чувствовать себя «винтиком в большой машине». Он требует внимания, нормального обслуживания и т. д. И здесь неважно на самом деле – это интернет-магазин или обычный.

Насколько сильна конкуренция со стороны розничных сетей, открывающих собственные онлайн-магазины?

Вячеслав Данильченко: Все крупные сети или дистрибьюторские компании – это, как правило, махина, перестраивать которую тяжело. Интернет-магазин же должен быть очень быстрым, гибким и готовым к любым изменениям.
Владислав Чечеткин: Есть один вопрос, на который ответа никто, увы, дать не может. Если те усилия, что мы вкладываем в интернет-магазин, направить на какой-нибудь другой бизнес, не получится ли там отдача выше? Есть вероятность, что, скажем, продажа спичек при таких условиях окажется эффективнее.Возьмем крупного дистрибьютора. У них есть толковый менеджер, и скорее всего, работая с оптовыми клиентами, он принесет компании больше. Поэтому хороший специалист почти наверняка останется в основном бизнесе.В начале прошлого года все говорили, что розничные сети активно пойдут в Интернет. Но многие из них не успели этого сделать, так как у них выдались неудачные весна и лето, а теперь им уже и не до построения нового канала.

Можно ли из ваших слов сделать вывод, что интернет-торговля – это не достаточно маржинальный бизнес?

Реальная экономика виртуальных витрин
Евгений Сокольников, директор компании «Сокол»

Владислав Чечеткин: На сегодня рынок интернет-торговли еще не настолько велик, чтобы, заняв на нем сколько-нибудь заметную долю, компания могла обеспечить себе хороший доход. Поэтому крупным игрокам это пока просто не слишком интересно.По моим подсчетам, хорошо, если оборот всех отечественных интернет-магазинов (а это десятки, если не сотни проектов) вместе взятых составляет 500 млн долл. за год.
Сергей Арабаджи: Но тогда получается, что ваша доля уже не меньше 20% розничного рынка ИТ-техники. (По оценкам GfK Ukraine, в 2008 г. он составил около 1,1 млрд долл. – Прим. ред.).
Константин Сокур: Тут еще от региона все сильно зависит. В столице интернет-торговля лучше развита, и ее доля явно больше 5%.
Евгений Сокольников: Я думаю, что у интернет-магазинов не больше 300 млн долл. оборота по ИТ-технике.
Владислав Чечеткин: Хорошо, пусть будет 300 млн. Допустим, какая-то компания, приложив очень большие усилия, смогла через два-три года занять в нашем сегменте 20%, мы сейчас не будет учитывать изменения объема рынка. В общей сложности получим 60 млн долл. Что это по сравнению с сотнями миллионов оборота, которые имеют крупные дистрибьюторы?
Вячеслав Данильченко: Тем более для работы с розничным клиентом сотрудников понадобится намного больше.
Владислав Чечеткин: Есть другой очень важный момент. Магазин, тесно связанный с дистрибьюторской компанией, неизбежно будет демпинговать на рынке и в итоге серьезно повредит всему сегменту, а также взаимоотношениям дистрибьютор–розница. Если же проект отделить, то какие, по сути, он получит преимущества, помимо финансирования со стороны материнской компании?То, что мы столкнемся с проблемой дистрибьюторских интернет-проектов, это вне всяких сомнений – у них есть все возможности составить нам конкуренцию, прежде всего за счет лучшей цены. Вопрос лишь в том, насколько массовым будет данное явление.
Сергей Арабаджи: Мне все же кажется, что угроза скорее может исходить от крупных ритейлеров. Пример США и Западной Европы показывает, что успешные интернет-магазины создают именно они. Это и понятно – у них решены все проблемы: доставка, расчеты, складирование. Но у нас в стране, судя по всему, необходимые условия сложатся еще нескоро, и это открывает неплохие возможности для вас.
Евгений Сокольников: Большой плюс для нас сейчас – это начавшееся движение на рынке, перераспределение долей. Наша часть однозначно растет, и если удастся удержать ее в будущем, это будет очень хорошо.
Сергей Арабаджи: По моему мнению, главная проблема нашей розницы в том, что ставка часто делается не на покупателя, не на прибыль, а на капитализацию. Многие розничные сети строились и развивались на продажу. И вот сейчас резко изменившиеся условия могут привести к очень интересному результату, когда нынешние хозяева сетей не захотят дальше заниматься ими и на освободившееся место могут прийти те, кто занимается прибыльной торговлей.
Константин Сокур: Не следует забывать, что сейчас и покупателей стало меньше. Средняя стоимость товара в каждой группе также сильно снизилась.
Евгений Сокольников: Да, сегмент имиджевых продуктов практически везде просел. Средний чек упал более чем в два раза. Сейчас совершенно обычная ситуация, когда человек приходит к нам покупать одну флэшку или одну SD-карту.

Нет ли у вас в планах расширения бизнеса в регионы? Интересно ли это сейчас?

Реальная экономика виртуальных витрин

Евгений Сокольников: Сегодня киевские фирмы, работающие в нашем сегменте, получили неплохую возможность выйти в регионы и закрепиться там.
Вячеслав Данильченко: Я могу сказать, что наша компания одной из первых начала заниматься региональным развитием. И насколько мне известно, до прошлого года, кроме меня, никому из присутствующих это не было интересно. Сейчас у нас, по моим оценкам, больше всего представительств. И хочу отметить, что в регионах работать достаточно непросто.
Владислав Чечеткин: Интересно все, на чем можно зарабатывать. Вопрос в том, как это сделать. Тема регионов довольно серьезная и требует правильных подходов, нет смысла открывать и вскоре закрывать представительства. Опять же вопрос вложений – суммы нужны немалые, а маржа минимальная. Ну и конечно же, основная проблема развития бизнеса в таком ключе – это контроль.
Иван Марченко: Регионами можно заниматься, если есть возможность обеспечить безопасность товаропотоков. Прямо сейчас у нас ее нет. Многие магазины так или иначе делали попытки, пока, в основном, неудачные. Но есть и положительные примеры, и мы на них смотрим, делаем какие-то выводы.Так или иначе, но этот рынок интересен возможностью быть ближе к покупателю. Думаю, уже в ближайший год к этому направлению присоединятся и другие игроки, начнут в это вкладывать деньги.
Владислав Чечеткин: Однозначно все будут идти в регионы. Вопрос в механизме, в требуемых усилиях и объемах продаж. Мы, например, сегодня кое-что делаем в этом направлении. Но насколько это будет выгодно – покажет время.Проблема любого бизнеса – ограниченные ресурсы, которые нужно распределить так, чтобы они принесли больше прибыли. Очень тяжело оторвать часть ресурсов от существующего бизнеса и направить их на новое дело, которое может и не выгореть. Это касается каждого из нас и тех же дистрибьюторских магазинов.Для примера, есть интернет-магазин бытовой техники, принадлежащий крупной оптовой компании. Клиент имеет возможность сделать заказ там, а забрать покупку в одном из розничных салонов. На мой взгляд, эта схема каннибалистская. Интернет-проект при такой организации работы выигрывает, а материнская компания проигрывает.
Сергей Арабаджи: По-моему, это действительно не совсем рационально, когда вместо того чтобы продавать оптом, тем же независимым интернет-магазинам, поставщик реализует товар сам и несет затраты по формированию нового для себя канала.

Еще одна тема, которую стоит затронуть, – рисковые заказы. Каковы сейчас критерии в этом плане?

Вячеслав Данильченко: Это действительно важный вопрос, и у каждой компании есть свои подходы. У нас существуют определенные рекомендации менеджерам. Например, если клиент спрашивает какую-то дорогую вещь, при этом заказ был сделан сразу же – это уже вызывает подозрения.
Константин Сокур: А я сам, например, всегда так покупаю.
Вячеслав Данильченко: В любом случае это подозрительно. Как правило, клиент в такой ситуация задаст хоть какие-то вопросы. Особенно если это заказ на несколько единиц – сколько бы у человека ни было денег, он обязательно поторгуется. Крайне желательно, чтобы в случае доставки, кроме мобильного, давался городской номер телефона.

То есть если у клиента нет городского телефона, он останется без заказа?

Вячеслав Данильченко: Дорогостоящие заказы мы стараемся переориентировать на офис. Причем дело тут не только в безопасности. Бывает, товар человеку нужен сегодня, а не завтра. Кроме того, только в офисе есть возможность тщательно проверить технику и потратить на это достаточно времени.
Сергей Арабаджи: Рынок вас буквально тянет в традиционную торговлю. Вам звонят, консультируются, хотят приехать в офис.
Константин Сокур: Это миф, что интернет-магазины – полностью виртуальная площадка – выбрал, оплатил картой, через время получил товар. Нет там полной виртуальности. Это всего лишь отдельный канал продаж со своей спецификой.
Евгений Сокольников: Мы, к слову, вообще отказались от оплаты карточкой на сайте. На нашем рынке такая схема плохо работает. Много ворованных карточек, да и сама стоимость операции – это дополнительно 3–5%.
Владислав Чечеткин: Мы тоже отказались от этого года полтора назад. Но сейчас подумываем вернуть – скорее в качестве имиджевой составляющей. Ворованных карточек действительно очень много, и возникает проблема отказа от покупки или возврата платежа.

То есть получается по-прежнему самый реальный и простой механизм – оплата на месте?

Константин Сокур: Нет, конечно, всем удобнее, когда человек оплачивает карточкой. Но у нас в стране это пока нереально.
Вячеслав Данильченко: Дело в том, что в случае махинаций с карточкой внакладе именно продавец. Например, если это была чужая карточка, владельцу деньги в итоге вернут, пускай и через длительную процедуру. А пострадает магазин как последнее звено в цепи.
Евгений Сокольников: По нескольку раз в день бывают ситуации, когда человек приходит и хочет оплатить карточкой, но отказывается предъявить удостоверение личности.
Владислав Чечеткин: Да пожалуйста, идите в банкомат, снимайте наличные и оплачивайте. Возможно, при покупке одежды случаи использования ворованных карточек бывают реже. Потому что, скажем, ботинки потом непросто будет сбыть. А электроника – это высоколиквидный товар. Даже если за половину стоимости ноутбук продать – уже неплохие деньги.
Михаил Лаптев: Конечно, в наше время сложно делать какие-то прогнозы, но мне кажется, что в сегменте интернет-торговли есть определенные поводы для оптимизма, и те игроки, которыми были сделаны правильные шаги, запущены правильные процессы, имеют основания рассчитывать на неплохие перспективы.
Константин Сокур: Да, все мы надеемся, что светлое будущее наступит. Вопрос только в том, когда и хватит ли ресурсов дожить до него. По нашему магазину я могу сказать, что продажи компьютерной техники у нас упали больше, чем по бытовой. Возможно, дело в том, что если сломался, допустим, холодильник – без него никак, а на устаревшем ноутбуке можно и поработать, воздержавшись от покупки более современного.
Владислав Чечеткин: Нужно понимать, что сейчас мы свою долю наращиваем, но рынок в целом сильно падает. То есть наша часть увеличивается пока скорее за счет того, что у традиционных магазинов продажи снизились больше, чем у нас. Занять заметную долю в условиях рецессии – это одно дело, а удержать ее, когда рынок начнет расти, – совсем другое.

+66
голосов

Напечатать Отправить другу

Читайте также

Главный вопрос: кого ещё приглашали на круглый стол и кто отказался?
Где представитель Матрикса?
Где представитель интернет-магазина "от "оффлайн" сети". У Группы компаний Фокстрот, например, есть как минимум "Фокстрот", "Фоксмарт", "5ок" - уже в регионах!
Почему не был понят вопрос об оплате WMZ, которые мало кто принимает? О "сером" товаре, которого в каталоге Хотлайн хоть отбавляй.
И где непосредственный представитель собственно Хотлайна? (Price.UA :) )

>Где представитель Матрикса?
Думаю, Матрикс до сих пор считают TOP е-магазином те же аксакалы, для которых лучший свитч - это 3Com, лучший сканер - Agfa, и лучшая клавиатура - Mitsumi.

любопытно, "серость" товара сам хотлайн должен проверять? каким образом?

To totoro

Прежде всего, прошу извинить за то, что не ответили на ваш вопрос сразу. Вот только сейчас он обнаружился.

Идея круглого стола состояла именно в том, чтобы пообщаться с представителями классических интернет-магазинов. Поэтому не было Фокстрота и других представителей компаний у которых смешанный вариант розницы. Хотлайн также не относится к числу тех, кого мы считали целевой аудиторией данного круглого стола. Но если интересно можем организовать отдельное интервью с руководителем этого проекта.

КПИ- сервис?

Мы приглашали на круглый стол представителей Матрикса и еще нескольких магазинов и даже получили от них предварительное согласие. Однако какие-то форс-мажорные обстоятельства помешали им приехать в назначенное время. Все люди достаточно занятые и собрать в одном месте, в одно время руководителей ряда компаний непросто. Тем не менее, на мой взгляд собрание получилось довольно представительным, а беседа содержательной.

 
 
IDC
Реклама

  •  Home  •  Рынок  •  ИТ-директор  •  CloudComputing  •  Hard  •  Soft  •  Сети  •  Безопасность  •  Наука  •  IoT