`

СПЕЦИАЛЬНЫЕ
ПАРТНЕРЫ
ПРОЕКТА

Архив номеров

Как изменилось финансирование ИТ-направления в вашей организации?

Best CIO

Определение наиболее профессиональных ИТ-управленцев, лидеров и экспертов в своих отраслях

Человек года

Кто внес наибольший вклад в развитие украинского ИТ-рынка.

Продукт года

Награды «Продукт года» еженедельника «Компьютерное обозрение» за наиболее выдающиеся ИТ-товары

 

Александр Загнетко

Под флагом Либерии

+35
голосов

Карго-культы за последние сто лет вышли далеко за пределы Меланезии. Они мутируют и, словно пандемия, захватывают новые территории. Ради грядущего изобилия уже не строят муляжи самолетов из пальмовых стволов. Когнитариат идет на смену пролетариату, но можно ли говорить о революционных изменениях?

Хочется нам этого или нет, но в мире уже сформировалась постиндустриальная экономика. Марксисты и их последователи могут сколько угодно критиковать эту концепцию (равно как и ставить под сомнение само ее существование). Однако, реальность такова, что производства с незначительной добавленной стоимостью все чаще выводятся за пределы стран «золотого миллиарда», а государства, чьи доходы базируются лишь на добыче и экспорте сырья, обречены на деградацию и регресс. Технологии и те, кто способен обеспечить их развитие, становятся главным активом современного мира. Здесь, однако, несложно угодить в своеобразную онтологическую ловушку. Многим кажется, что само по себе увеличение, например, рынка ИТ, уже свидетельствует о выборе верного направления развития. Более того, есть те, кто считает, что эти тенденции предоставляют огромные возможности для стремительного роста без существенных инвестиций, в отсутствие капиталоемких отраслей, просто за счет вывода на рынок востребованных инновационных решений, созданных группой энтузиастов буквально «на коленке».

Если говорить о тех, кто способен генерировать передовые идеи, нет сомнений в том, что сегодня у них есть уникальный шанс добиться успеха и материального благополучия. Однако, если мы проанализируем, как процессы, характерные для постиндустриального общества, влияют на экономику той или иной страны, становится очевидным, что сильной положительной корреляции между количеством зарегистрированных в ней компаний, формально работающих в сфере ИТ, и благосостоянием общества в действительности нет.

Для того чтобы высокие технологии способствовали росту экономики, на самом деле, необходимы колоссальные инвестиции (не только финансовые), причем желательно, чтобы большая их часть была сделана не позднее середины XX века. Это расходы на образование, развитие инфраструктуры, исследовательские учреждения, высокотехнологичное производство, институты защиты частной собственности (включая интеллектуальную), арбитраж и т.д. Сама по себе прорывная идея – будучи, безусловно, основой постиндустриальной экономики – изначально не стоит ничего.

Несомненно, некий стартап может на первых порах держаться лишь на энтузиазме создателей, однако в мире не так много мест, где он может стать действительно успешным. Более того, идеи не привязаны к географии. Для их перемещения не требуются контейнеровозы класса Triple E. Девять из десяти наиболее успешных высокотехнологичных компаний, возникших (в большинстве случаев из стартапов) за последние 20 лет, базируются именно в странах «золотого миллиарда». При этом среди их создателей более чем достаточно представителей «развивающихся» государств.

И дело не только в том, что многие серьезные инвесторы не готовы вкладывать в компании, чья штаб-квартира расположена за пределами Кремниевой долины. Просто для того, чтобы инновационное предприятие стало действительно прибыльным, необходима инновационная экономика со всеми ее атрибутами. Оно не может стать «оазисом» посреди выжженной пустыни. В государстве, не инвестировавшем в перечисленные выше отрасли, основатели перспективного стартапа могут в лучшем случае рассчитывать на его своевременную продажу и личное обогащение. Однако для экономики этого государства, даже если компания была его налоговым резидентом, отдача будет просто ничтожной, особенно в сравнении с тем, какую выгоду зачастую приносят идеи, доведенные до массового коммерческого внедрения.

Такие показатели, как расходы на ИТ по отношению к GDP, число компаний, работающих в сфере высоких технологий, динамика импорта аппаратных средств или число проектов, связанных с их развертыванием, к вопросу о соответствии экономики современным требованиям и ее «инновационности» прямого отношения не имеют.

Ряд отраслей, формально относящихся к индустрии знаний, сегодня, фактически, стали уделом «синих воротничков». Например, офшорное программирование во многих случаях напоминает добычу руды в беднейших странах, где стоит очередь из желающих за минимальный оклад производить в тяжелых условиях сырье для расположенных на другом конце Земли предприятий, способных из этого сырья сделать то, что принесет многомиллионную прибыль.

Постиндустриальное общество обесценивает множество профессий, в какой-то мере создавая виртуальную экономику. Высокие технологии оставляют без работы многих из тех, чьи навыки связаны с индустриальной эрой. Взамен они, вроде бы, предлагают все больше вакансий для «яйцеголовых» даже там, где еще вчера не было водопровода. Однако, при ближайшем рассмотрении, эти позиции мало чем отличаются от рутинного труда на фабрике.

В забои Data Mining сегодня зачастую спускают в столь же неприглядной клети, что некогда перевозила шахтеров. Есть своеобразная ирония в том, что, стремясь идти в ногу со временем, HR-менеджеры все чаще используют освоенную в меру способностей методологию big data при поиске кандидатов на работу в ИТ-компаниях. Методология сводится, как правило, к поиску соответствий в тысячах присланных CV по ключевым словам, но и это следует признать квалифицированным подходом, учитывая, что альтернативой, как правило, является выбор нескольких резюме наугад.

Есть задачи, для которых приходится искать профессионалов годами. Но большинству из тех, кого трудоустроит «экономика знаний» в государствах, которые интегрируются в нее благодаря дешевизне труда, строго говоря, не требуется даже высшее образование (ставшее при этом настолько же всеобщим, насколько и сомнительным).

Про то, что к национальному сектору ИТ зачастую относят бесчисленные компании, так или иначе перепродающие импортные решения, и говорить не приходится. Во многих странах на эти компании приходится добрых 90% «инновационной» экономики. Ну что ж, Либерию, в конце концов, можно тоже считать великой морской державой. Ведь по числу зарегистрированных там судов страна занимает второе место в мире.

Под флагом Либерии

+35
голосов

Напечатать Отправить другу

Читайте также

Почему Либерия "по числу зарегистрированных там судов страна занимает второе место в мире"?

Простите, боюсь, я не совсем понял Ваш вопрос.

Это цитата из вашей статьи. Объясните почему так произошло если знаете.

Насколько мне известно, это не является тайной. Главной причиной является выгодное для судовладельцев налогообложение в этой стране.

В Бизнесе, первично наличие Заказчика, с бюджетом, который доверяет Генеральному подрядчику. Полная аналогия это строительство дома. Одни проектируют (архитектор, дизайнер), другие курируют (прораб), третьи закрывают свой участок (плиточник, сантехник, электрик), четвертые на подхвате (разнорабочие).

С точки зрения Западного заказчика, наш ИТ, где-то между 3-4-ой категорией.
В этом нет ничего ужасного. Это реалии бизнеса. Вначале Заказчиком (оборонка/космос) осознается потребность в необходимости построить Стеллс, дальше, получается финансирование и проект, собственно, стартует.

Ничего ужасного в перепродаже оборудования нет. Если большинство в этом бизнесе, значит это выгодно и востребовано. Часть пишет код на аутсорсе, который является таким же творчеством как и креатив при укладке монохромной плитки при отделке санузла.

Строить космические корабли наверное интересней. Те кому нравится, уезжают туда где их строят, остальные либо зарабатывают деньги перепродавая оборудование либо квохчут о том как было бы здорово строить космические корабли.

HR персонал это публика которая использует формальные признаки при наборе с тем чтобы прикрыть себе пятую точку. Если планктон просиживал лет пять в крупной международной компании то он знаком с бюрократическими порядками внутри корпораций и со своим местом в пищевой цепочке и не будет напрягать боссов своей идеалистической придурью. Опять же, если не подойдет, можно всегда сказать: он же в ТАКОЙ корпорации отработал, какие ко мне претензии!?

"...Например, офшорное программирование во многих случаях напоминает добычу руды в беднейших странах, где стоит очередь из желающих за минимальный оклад производить в тяжелых условиях сырье для расположенных на другом конце Земли предприятий, способных из этого сырья сделать то, что принесет многомиллионную прибыль..." Хорошо излагаете, Александр.

Спасибо! :)

 
 
IDC
Реклама

  •  Home  •  Рынок  •  ИТ-директор  •  CloudComputing  •  Hard  •  Soft  •  Сети  •  Безопасность  •  Наука  •  IoT