`

СПЕЦИАЛЬНЫЕ
ПАРТНЕРЫ
ПРОЕКТА

Архив номеров

Как изменилось финансирование ИТ-направления в вашей организации?

Best CIO

Определение наиболее профессиональных ИТ-управленцев, лидеров и экспертов в своих отраслях

Человек года

Кто внес наибольший вклад в развитие украинского ИТ-рынка.

Продукт года

Награды «Продукт года» еженедельника «Компьютерное обозрение» за наиболее выдающиеся ИТ-товары

 

EMC: «Информация – это самый ценный актив компаний»

Статья опубликована в №11 (677) от 31 марта

+11
голос

Сегодня у нас в гостях региональный менеджер по продажам EMC в Украине, Молдове и Беларуси Александр Красин. Возможно, наибольшую известность среди наших читателей компания получила несколько лет назад, когда вывела на IPO свою дочернюю структуру VMware. При этом сама по себе EMC, оборот которой в прошлом году достиг отметки в 14,9 млрд долл., а число сотрудников превысило 33 тыс., заслуживает не меньшего внимания. Чувствуя определенный недостаток общей информации о компании, беседу с г-ном Красиным мы начали именно с вопроса о ее истории.

EMC «Информация – это самый ценный актив компаний»

В нынешнем году наша компания отмечает 30-летний юбилей. Она была основана в 1979 г. Ричардом Дж. Игеном (Richard J. Egan) и Роджером Марино (Roger Marino) в г. Ньютон, штат Массачусетс, и с самого начала специализировалась на устройствах хранения данных, правда в те времена это были технологии хранения на твердотельных элементах конденсаторного типа емкостью 64 КБ для мэйнфреймов.

А откуда название возникло?

Тут как раз нет никакой мистической легенды. Название составлено из первых букв фамилий основателей – г-на Иге-на и г-на Мариино, далее идет удвоенное С – от Computer и Corporation. Так получилось ЕМС2. В начале 90-х компания от решений для мэйнфреймов перешла к созданию внешних систем хранения и фокусировалась только на уровне hi-end. После приобретения в 1999 г. компании Data General, которая производила системы среднего уровня, этот диапазон был расширен линейкой продуктов ЕМС CLARiiON.Далее ЕМС стала разрабатывать специальное ПО, сетевые системы хранения данных, а в начале 2000-х годов взяла курс на преобразование из производителя СХД в поставщика решений для информационных инфраструктур.

И в этот момент сменился президент компании...

Как раз в 2001 г. компанию возглавил Джо Туччи (Joseph Tucci), и под его руководством начались серьезные изменения. В частности, EMC, располагая достаточной финансовой устойчивостью, стала активно покупать наиболее интересных игроков на рынке инфраструктурных решений хранения данных. В течение трех лет EMC приобрела более 30 компаний, в основном разработчиков ПО в области управления ресурсами, информацией, ее хранением и защитой.

Но при этом велись и собственные исследования и разработки?

Не только велись, но и ведутся. Компания ежегодно тратит 11–12% оборота на R&D, а это около полутора миллиарда долларов. Независимо от того, собственные ли это решения или технологии приобретенных компаний, они направлены на создание эффективных инфраструктур хранения данных. За этим стоит главная идея: информация – один из самый ценных активов компании, и от того, насколько грамотно происходит управление ею, зависит успех бизнеса.Схематически наш сегодняшний подход можно представить следующим образом. В фокусе находится информация, а ее окружают четыре составляющие. Первая, системы хранения данных – это фундамент для решения задач разного уровня. Вторая составляющая – виртуализация и оптимизация, причем любых сред, будь-то серверные, файловые структуры или архитектура хранения данных. Третья – защита информации, как от повреждения, искажения и утраты, так и обеспечение безопасности доступа. И наконец, к четвертой, интеллектуальной части относятся системы документооборота, управление бизнес-процессами, мониторинг информационной среды и инфраструктуры хранения данных. Вот четыре базовых направления, каждое из которых может детализироваться практически до бесконечности. Развитие такого подхода подразумевает наличие огромного числа продуктов для сопряжения от серверных систем и решений для хранения сторонних производителей до СУБД и ERP.

Но при этом отдельные подразделения, занимающиеся этими направлениями, остаются независимыми компаниями, как, например, Documentum, Legato, RSA, да и та же VMware?

Все они вошли в структуру ЕМС, за исключением лишь VMware, которая представляет собой отдельную организацию. Названные вами компании и еще с десяток постепенно интегрируются в ЕМС. Но это, как вы понимаете, не быстрый процесс.

Однако, скажем, Documentum все-таки существует в инфраструктуре самой компании несколько обособлено, имея собственный офис в Москве?

Это скорее исключение в нашем регионе, в отличие от европейского рынка. В странах СНГ не было как такового представительства Documentum, был эксклюзивный дистрибьютор, которого компания ЕМС со временем также приобрела. Мы планировали завершить процесс интеграции в конце 2008 г., но по ряду объективных причин он несколько затянулся. Тем не менее до средины нынешнего года мы полностью интегрируем локальный персонал «Документум Сервисиз» в команду ЕМС.

То есть и отдельных партнеров по Documentum не будет?

Будет единый подход к формированию правил работы партнерской сети ЕМС.

А какова ситуация по VMware?

Как я уже говорил, это независимая организация, больший пакет акций которой принадлежит ЕМС. Таким образом, у нашей компании есть возможность отслеживать и оказывать определенное влияние на бизнес-идеи, предлагаемые ЕМС и VMware рынку, и создавать интегрированные решения раньше других игроков.

Многие аналитики отмечают, что после покупки VMware сохранение ее независимости и вывод на биржу стало весьма дальновидным шагом. Благодаря этому удалось получить деньги для инвестиций и оставить неизменной ее индустриальную открытость.

Именно такие задачи и ставились. Руководство EMC, почувствовав большой потенциал VMware, решило не зацикливать ее исключительно на нашей компании, на одном вендоре. Сегодня VMware – это практически индустриальный стандарт, и работает она почти со всеми крупными игроками.

Но при этом ЕМС очень интегрирована с VMware, если речь идет о каких-то проектах, связанных с виртуализацией?

EMC «Информация – это самый ценный актив компаний»

ЕМС более других вендоров заинтересована в использовании технологий VMware в своих продуктах. Практически во всей нашей линейке систем хранения данных есть функции, ориентированные на их преимущества. Но это вовсе не значит, что мы не предлагаем других, альтернативных решений, например, от Microsoft. Отличительная особенность ЕМС как раз и состоит в том, что мы нацелены на гетерогенные среды, на работу с любой средой, продуктами, поставщиками.

А какая доля в продажах приходится исключительно на аппаратную часть?

В мировых масштабах – около 40%. В Украине этот показатель пока все же отличается – СХД составляют 80–85% продаж. На украинском рынке на сегодняшний день многие технологии более тонкой настройки еще не востребованы. Но это эволюционный процесс. Сейчас такие решения в основном приобретаются международными компаниями, которые приходят в страну. Но я не исключаю, что в нынешней экономической ситуации заказчики будут более тщательно считать деньги и возврат инвестиций с тем, чтобы максимально использовать все возможности.У нас ведь чаще всего акцент делается на первоначальные инвестиции, которые просто необходимы, чтобы закрыть какие-то дыры в работающей инфраструктуре. А о том, что уже имеющиеся системы с помощью специальных технологий можно преобразовать в более тонкий инструмент, позволяющий поднять результаты бизнеса, задумываются не многие. И все же прошлый год был довольно показателен. Начались определенные подвижки в использовании консалтинга, некоторые заказчики стали обращаться с запросами на проработку архитектуры развития их ИТ-инфраструктуры. Сейчас эти процессы несколько приостановились из-за кризиса, но я очень надеюсь, что вскоре они восстановятся.

То есть пока все же в Украине востребованы простые решения EMC?

Я бы охарактеризовал их как базовые. Это системы хранения разного уровня, системы архивирования и резервного копирования, решения по предоставлению прав доступа к корпоративной сети, так называемые Security ID. Причем последние, например, начинают внедрять не только банки, но и промышленные структуры.

Если говорить о системах хранения данных, какие тенденции в этом сегменте наблюдаются сегодня?

В первую очередь я бы отметил технологии, направленные на повышение экономической эффективности. Это не только энергосбережение, но и более рациональное использование дискового пространства и возможностей ИТ-инфраструктуры. Достигается это, как правило, комплексным применением различных технологий. Например, одновременное использование твердотельных накопителей, которые обеспечивают производительность в 30 раз выше, чем традиционные HDD, дисков SATA с пониженным энергопотреблением, функции приостановки вращения для незадействованных дисков и технологий виртуального управления дает возможность достичь очень хороших результатов. Сегодня весьма популярной становится дедупликация. ЕМС предлагает различные варианты ее использования – как для простого исключения дубликатов одинаковых файлов, так и более интеллектуальные механизмы, позволяющие исключить повторное хранение одинаковых блоков данных. Применение подобных технологий является оптимальным для резервного копирования, архивирования данных, а также для сред виртуальных машин. Технологии автоматизации, обеспечивающие более грамотное распределение информации на дисках, что приводит к оптимизации использования дискового пространства, способствуют существенному снижению потребления энергии и тепловыделения.

Происходит ли какая-нибудь диверсификация линеек СХД?

Нынешняя линейка систем хранения данных ЕМС сформировалась года четыре назад и практически не меняется, каждый год вносятся лишь технологические усовершенствования. Но при этом остается преемственность, возможность использования массивов разных поколений в одной инфраструктуре, совместимость программного обеспечения. Это очень важно, поскольку заказчик всегда может интегрировать старую систему с более новой и, таким образом, сохранить инвестиции.

Сегодня становятся все более востребованными системы для хранения неструктурированных данных.

На мировом рынке спрос на эти системы сейчас действительно растет. С помощью специального ПО Documentum информация в них распознается (видеоконтент, аудио, фото) и раскладывается соответствующим образом. Но в нашем портфеле есть, кстати, и совершенно иные решения. Например, специализированные системы Centera, позволяющие хранить данные в неизменном виде. Такие решения очень важны для госструктур и банков, где некоторые документы в определенных случаях требуется хранить длительный период времени – до десяти лет.

Вы отмечали, что на украинском рынке наиболее востребованы системы базового уровня. Но сегодня почти в каждой компании есть необходимость в файловых хранилищах. Иными словами, потенциально рынок для EMC безмерный?

EMC «Информация – это самый ценный актив компаний»

В основном даже в больших компаниях сейчас используются решения младшего класса. И здесь практически 90% внедрений идут от поставщиков серверов, как местных сборщиков, так и западных брендов. СХД начинают внедряться уже в тот момент, когда значительно увеличиваются объемы информации и возрастает ее ценность. Это эволюционный процесс. Сегодня EMC во многом воспринимается как поставщик исключительно решений для крупных проектов, но в нашем портфеле есть системы разного класса, в том числе и предложения для сегмента малого и среднего бизнеса. Все зависит лишь от того, как компания оценивает информацию, которой располагает, каковы задачи ее использования. В настоящее время у нас есть отраслевые решения для большинства вертикальных рынков. Безусловно, мы стараемся сконцентрировать ресурсы киевского офиса, а здесь работает уже 10 человек, лишь на основных сегментах – финансовом, телекоммуникационном, промышленном, государственном, но если появятся заказчики из других отраслей, то уверяю, их задачи мы тоже решим.

И все-таки чем отличается ваш подход к СХД?

Если говорить упрощенно, то ситуация выглядит следующим образом. Многие поставщики серверов, когда речь, скажем, заходит о решениях по виртуализации, утверждают: «Мы уже все интегрировали в серверную стойку, в том числе и систему хранения, вам остается ее только купить». Мы исповедуем иной подход: «Вот отдельно стоящая система хранения, где находятся ваши данные, а вот отдельно система для виртуализации, и к ней вы можете подключить все что угодно». Мы не стараемся привязывать заказчика, интегрировав все в одну систему. Важно также то, что внешний СХД, помимо возможности сопряжения с разным оборудованием, отличается от встроенных систем еще и более быстрыми каналами ввода/вывода. Разумеется, все зависит от задач, если у заказчика одна небольшая база данных и один сервер – это одно. Если у него уже три БД, и на разных серверах крутятся разные задачи, тогда, конечно же, лучше использовать СХД, на которой есть возможность организации разных уровней хранения (критически важные, менее важные и т. д.).

А какая минимальная цена систем хранения данных от EMC?

Системы ЕМС нельзя назвать коробочными, это решения, куда входят как аппаратная, так и программная часть, и все зависит от того, какие задачи стоят перед заказчиком. Минимальная цена, которую я помню – 9 тыс. долл. То есть, как видите, не миллионы. Существует определенный миф, что решения EMC крайне дорогие. Действительно, они не дешевы, с этим я соглашусь. Но, во-первых, в портфеле компании представлены системы разного уровня, во-вторых, они позволяют решать задачи, цена ошибки или сбоя в которых в десятки раз дороже.

Современная СХД – это не просто набор жестких дисков и модулей интерфейса, но и некий вычислитель со своим процессором... по сути, это компьютер. А нет ли планов заняться и производством серверов? Cisco, например, недавно объявила о том, что фактически выходит и в этот сегмент.

Мы, кстати, активно поддержали Cisco в плане концепции Unified Computing, и они будут использовать наши решения. Что касается собственных серверов, то я пока не вижу никаких предпосылок к тому, что ЕМС начнет их выпускать. Наша стратегия развития состоит в том, чтобы создавать решения по работе с информацией для любых сред, вне зависимости от серверного окружения. Именно в этом наша сила. Привязывать себя к одной платформе, даже если она самая идеальная, – это неправильно.

А если говорить о конкурентной среде, с кем приходится соперничать на глобальном уровне?

В целом, наверное, со всеми производителями СХД. Но согласно последним данным IDC или Gartner, по итогам 2008 г. ЕМС занимает первое место на мировом рынке внешних систем хранения – как в общих продажах, так и практически по всем сегментам и уровням.

Одним из последних приобретений вашей компании стала Iomega. Означает ли это, что EMC выходит и в потребительский сегмент?

Iomega была очень интересным активом среди купленных ЕМС в этой нише за последнее время. Под этой уже ставшей легендарной маркой выпускались не только массовые потребительские продукты, но и решения для малого бизнеса. Я думаю, что дополнив технологиями и наработками EMC, мы сможем предложить на базе Iomega очень интересные решения для данного сегмента. Кроме того, обратите внимание на линейки наших продуктов класса SaaS (Software as a Service). Каждая система хранения от Iomega (начиная с определенного уровня) поставляется с интегрированной системой резервного копирования, а сервис Mozy позволяет сохранять резервные копии в централизованном хранилище. Так что Iomega – это не только SMB.

Что касается направления безопасности, то компания сейчас в основном работает над вопросами, связанными с аутентификацией. Не планируете ли вы выпуск решений, связанных с безопасностью на уровне устранения различных вторжений?

EMC «Информация – это самый ценный актив компаний»

Каким будет развитие на глобальном уровне, я сказать не могу. Все возможно. В нашем же регионе основные планы компании в контексте вопросов безопасности связаны с направлением RSА. Мы его начали развивать в Украине с конца 2007 г. силами нескольких партнеров, и уже есть ряд весьма интересных проектов, в частности, в «Киевстаре» и в «OTP Банке». Другое интересное направление – система SMARTS, которая позволяет осуществлять мониторинг инфраструктуры, анализирует данные и выявляет причину сетевых сбоев в режиме реального времени. Безопасность – это ведь не только вторжения и вирусы, как вы понимаете. Но в нашем портфеле есть, кстати, и платформа аудита событий информационной безопасности, ориентированная именно на обнаружение вторжений и их предотвращение – RSA envision.

Изменилась ли работа компании в условиях экономического спада?

Разумеется, происходящее в экономике не могло не отразиться и на нашем сегменте. Многие проекты заморожены, у большинства заказчиков формирование бюджетов на текущий год затянулось на месяцы. И в то же время мы чувствуем сейчас интерес к виртуализации СХД, решениям по дедупликации. Именно они могут позволить существенно экономить уже в рамках работающих инфраструктур хранилищ данных. Но пока еще очень сложно понять, как будет развиваться рынок. Я думаю, ситуация прояснится лишь в апреле-мае.

Действуют ли сейчас какие-то специальные программы?

На сегодняшний день мы имеем специальные программы для наших партнеров второго уровня, запускаем программы для дистрибьюторов, несмотря на то, что больше сконцентрированы на проектных бизнесах. Стараемся активизировать продажи в нижнем и среднем сегментах, с конца 2008 г. более активно предлагаем варианты лизинга оборудования. Ситуация действительно сложная, но мы не думаем останавливаться. В частности, в 2008 г. мы начали через партнеров активно предлагать демооборудование для потенциальных заказчиков. Зачастую лучший способ убедить клиента, что ему подходит то или иное решение, – просто дать потестировать систему. В целом же очевидно, что преодолеть сложившуюся ситуацию можно только за счет консолидации сил, поиска оптимальных и наиболее востребованных решений, поэтому сегодня мы еще больше, чем обычно, делаем ставку на партнеров.

+11
голос

Напечатать Отправить другу

Читайте также

 
 
IDC
Реклама

  •  Home  •  Рынок  •  ИТ-директор  •  CloudComputing  •  Hard  •  Soft  •  Сети  •  Безопасность  •  Наука  •  IoT