`

СПЕЦИАЛЬНЫЕ
ПАРТНЕРЫ
ПРОЕКТА

Архив номеров

Как изменилось финансирование ИТ-направления в вашей организации?

Best CIO

Определение наиболее профессиональных ИТ-управленцев, лидеров и экспертов в своих отраслях

Человек года

Кто внес наибольший вклад в развитие украинского ИТ-рынка.

Продукт года

Награды «Продукт года» еженедельника «Компьютерное обозрение» за наиболее выдающиеся ИТ-товары

 

e-Government и Smart City, первый шаг КМДА

+66
голосов

К сожалению, предмет обсуждения настолько нов и непривычен в пост-советском пространстве, что для начала надо вообще попытаться понять о чём идёт речь. Одно дело — формально отписаться в формате новости «киевская городская государственная администрация внедрила систему открытого бюджета города», с упоминанием умных слов «Smart City и e-Government», и совсем другое — попытаться понять о чём вообще может идти речь и идёт речь. Так как никто этого не сделал, хоть времени прошло достаточно, попытаюсь заполнить этот пробел. Работа оказалась неожиданно непростой из-за слишком большого разнообразия толкований даже фундаментальных понятий.

Итак, начнём с самых основ. С разных заслуживающих внимания вариантов определения e-Government. Прямых ссылок на тексты определений я приводить не буду просто потому, что слишком сложно «выуживать» конкретное определение из немаленьких страниц с текстами, иногда ограничусь только ссылками на тематические сайты (это тем боле полезно, что заинтересовавшиеся смогут самостоятельно получить куда больше информации, чем позволяет объём статьи).

Наиболее универсальная версия толкования смысла понятия e-Government от ООН отличается, если так можно сказать, «пассивным минимализмом», не предусматривающим никакой обратной связи: «e-Government определяется как утилизация [технологий] Intenet для доставки правительственной информации и сервисов гражданам». Здесь сразу следует заметить, что формулировки ООН сделаны «для всего мира», и потому характеризуются наибольшей общностью.

Для контраста сразу приведу понимание e-Government специалистами Gartner Group, которое можно считать одним из вариантов, характерных для высокоразвитых стран: «e-Government является [эволюционным процессом] непрерывной оптимизации механизмов предоставления [государственных] услуг и механизмов взаимодействия избирателей с властями на основании трансформации взаимоотношений [властей и избирателей] с помощью современных технологий, Internet и новых видов медиа». По сравнению с «пассивным минимализмом» и «одноразовым характером» (утилизировали один раз технологии доставки информации —получили e-Government), здесь речь идёт об активном участии граждан и о непрерывном эволюционном процессе.

Всемирный Банк (World Bank), как финансовый институт, специалисты которого имеют дело с рисками больших займов развивающихся стран, фактически детализирует «эволюционно-активное определение» Gartner тремя чёткими подсистемами:

  • G2C (Government-to-Citizens), взаимодействия органов государственного управления с гражданами,

  • G2B (Government-to-Business), взаимодействия органов государственного управления с приватными бизнесами,

  • G2G (Government-to-Government), взаимодействия между органами государственного управления.

По версии ООН, системы «электронного правительства» уже прошли пять фаз развития (эту версию забавно соотнести с нашей реальностью) — в первой фазе (1996-1999 годы) осуществлялось объединение традиционных бюрократических механизмов с просто «присутствием» соответствующих органов власти в web, во второй (1997-2003) присутствие дополнялось интерактивностью, то есть, впервые начали появляться системы «для людей», но ещё играющие сугубо информационно-справочную роль, в третьей (2000-2005) пользователь таких систем становится «активным», он получает возможность инициирования транзакций в бюрократических механизмах, и, наконец, с 2005 года эволюционный процесс переводит активное взаимодействие гражданина-пользователя с государственной бюрократией на качественно новый уровень, предусматривающий уже не «активное использование сервисов», а некоторую степень участия в прямых процессах управления.

Чтобы было нагляднее, разумно привести оценку состояния этого процесса специалистами ООН на 2008 год:

  • 94% стран имели сайты правительств,
  • в 90% стран сайты правительств предоставляли доступ к информационным массивам (законов, например),
  • 70% сайтов давали доступ к государственным базам данных,
  • 26% сайтов являлись полноценными «государственными порталами»,
  • 164 правительств предоставляли онлайн-доступные контакт-листы должностных лиц,
  • 125 снабжали граждан всевозможными готовыми к заполнению формами, для получения которых ранее приходилось обращаться в различные организации с физическим их посещением (и вытекающими последствиями).

В четвёртой фазе развития e-Government в некоторых странах (что интересно, очень отличающихся) были созданы системы учёта комментариев граждан, например, в Сингапуре и Бразилии, с их помощью формировались новые каналы взаимодействия граждан и бюрократических механизмов власти, позволяющие как оценить общественное мнение (за счёт фактически публичного обсуждения законопроектов, например), так и решать более конкретные задачи, например, снижать неэффективные расходы при планировании местных бюджетов.

Для уравнивания всех граждан в правах системы четвёртого уровня предусматривали как возможность доступа с персональных мобильных терминалов, так и посредством сети специально развёрнутых интернет-киосков. В провинции Байя (Бразилия) местные власти в публичных местах развернули специализированные интернет-киоски, предназначенные исключительно для доступа к почти пяти сотням сервисов государственных механизмов, включая процедуры налогового учёта, регистрацию актов гражданского состояния, разрешений на ведение коммерческой деятельности, выдачу паспортов, регистрацию транспортных средств, всё, что можно придумать, вплоть до оплаты государственных парковочных мест.

Очевидно, подобные системы для эффективной работы требуют одновременного развития надёжных механизмов электронной идентификации граждан и цифровых подписей (внимательный читатель уже должен понять, что всё это очень непросто «не на бумаге», расширение спектра услуг e-Government требует такого уровня доверительности и общественного контроля отношений граждан и государства, при котором злоупотребления сверхточной и сверхнадёжной, необходимой для фактически узаконивания серьёзных процедур, информации о личности участника, если не полностью невозможны, то, хотя бы, крайне затруднены; это будет сложная и долгая игра, в которой ничего не произойдёт «по щелчку пальцев»).

Нечто подобное развивается и в Индии, но там, в силу специфики развития больших удалённых от городов сельских территорий, практикуется использование «карманных терминалов для доступа к госсервисам».

В пятой фазе развития, которую демонстрирует e-Government система Сингапура, пользователь (будь то физическое или юридическое лицо) может вообще физически не обращаться ни к какой госорганизации и ни в какое учреждение, но при этом полностью и успешно завершить любую цепочку требуемых возможных операций, в которой задействованы эти госучреждения. В Сингапуре никто не делает тайны из того, что такая система не в последнюю очередь была создана для исключения мелких (и не очень) briberies и сопутствующих им проблем из механизмов госуправления. Трудно сказать, насколько «полностью» это удалось (люди всегда остаются людьми), но однозначно можно говорить, что такие системы отсекают огромный пласт обыденной повседневной коррупции.

Параллельно с e-Government, но со значительным запозданием, формируется и развивается концепция Smart City и её пока «островковые» реализации. Базисом её, естественно, являются «умнеющие» за счёт новых технологий (все уже знают аббревиатуру IoT, Internet of Things) фундаментальные системы жизнеобеспечения городов — электро-, газо-, водоснабжения, канализации и вывоза мусора, дорожной инфраструктуры и управления движением, общественного транспорта.

В чём-то в энергетических подсистемах Smart City, например, наблюдается аналогичная e-Government трансформация гражданина в активного участника процессов (например, в Smart Grid системах электроснабжения гражданин может продавать государству или приватной компании избыток электроэнергии, сгенерированной его персональными источниками).

В чём-то роль активного гражданского обсуждения (например, комментариями, «привязанными» к географическим координатам или объектам инфраструктуры) позволяет оптимизировать работу коммунальных служб (вывоз мусора, ремонт дорог) и избежать более дорогих последствий.

Сети датчиков позволяют сократить расходы на мониторинг, извините за тавтологию, расхода энергоносителей, а также реализовать куда более сложные и на первый взгляд неочевидные алгоритмы «управления городом», например, снизить загрязнённость воздуха в каком-то районе за счёт изменения режимов работы светофоров, перераспределив поток машин (естественно, это не всегда и везде возможно и зависит от городской планировки, продуманности дорожной сети etc).

В идеале, прямое объединение систем e-Government и Smart City позволяет полностью устранить все «пропасти», разделяющие граждан/бизнесы, механизмы госуправления (бюрократии), и государственные масштабные инфраструктурные подсистемы. И всё это — с полной прозрачностью для всех участников процесса «мирного сосуществования» (вынужден назвать это именно так, потому что только «теоретики всяких -измов» уверяли, что есть способ разрешить все противоречия методом выведения новой совершенной породы людей, на практике же сами все -измы давно погребены неистребимым «очень человеческим»).

Собственно, на достижение этой цели формально (по заявлениям идеологов) и направлены соответствующие целевые программы (например, Европейского Союза). Не вдаваясь в подробности этих программ (они в общем схожи в разных странах), и, учитывая фактически уже общепринятое разбиение Всемирного Банка на подсистемы, можно выстроить комбинированное описание систем e-Government в их наиболее совершенном в период с 2010 по 2020 годы состоянии:

  • горизонтальная связи G2G (между государственными органами)

  • вертикальные связи G2G (между центральными, региональными и локальными госорганами)

  • связи G2C всех госорганов

  • связи G2B всех госорганов и госпредприятий

  • инфраструктурные связи с подсистемами Smart City.

Естественно, G2C связи предусматривают возможность гражданина не только пассивно использовать сервисы, но и быть активным участником процессов управления, выступая в роли инициатора событий (например, в коммунальной сфере), комментатора-критика или, напротив, подтверждающего какое-то событие «третьего лица».

После этой необходимой преамбулы можно попробовать взглянуть на реализованный КМДА (Київська Міська Державна Адміністрація) при поддержке специалистов компании SAP проект, шум о котором уже практически сошёл на нет (о причинах этого явления чуть позже).

5 июня мэр Киева Виталий Кличко презентовал появление новой системы — открытого электронного бюджета города. На деле, кроме открытого бюджета, обновлённый сайт городской администрации во многом подтверждает, например, ранние декларации мэра об изучении в КМДА опыта работы систем e-Government ряда европейских стран. К сожалению, журналисты оставили вне внимания публики всю предваряющую информацию, сконцентрировав внимание именно на «открытом бюджете» в его текущем (на момент открытия нового сайта) состоянии.

Итак, новый сайт, точнее, портал КМДА. Согласно теперь уже известной информации, он представляет собой «рывок» к полноценной e-Government системе. Не слишком чёткое секционирование (портал всё ещё в стадии разработки) выделяет все характерные подсистемы, причём уже предусмотренная степень детализации информации некоторых подсистем убеждает в серьёзности планов реализации полноценной вертикальной G2G подсистемы с G2C связями на всех уровнях (например, явная G2G подсистема «Мой дом» с прямыми G2C связями уже позволяет увидеть расходы жилищно-коммунальных предприятий на содержание конкретных домов и даёт работающий механизм обратной связи).

Открытый бюджет же ж является основой для фундаментального объединения (и оно в неявной форме также заявлено мэром) G2G и G2B подсистем, в первую очередь планирования расходов КМДА и открытой тендерной, с прозрачными G2C связями. На текущем этапе развития системы эта функциональность пока не реализована, но механизмы, позволяющие её реализовать, в системе фундаментально присутствуют за счёт возможностей основной платформы реализации «электронного бюджета» SAP Business Objects.

Очевидные проблемы в расширении связей подсистемы электронного бюджета города — готовность IT-подсистем горизонтальных и вертикальных соответствующих госструктур вообще предоставить какую-то открытую информацию. Поэтому проект «электронного бюджета» можно считать практически стресс-тестом IT-подсистем госструктур, о реальном состоянии которых мы можем только скептически догадываться.

В силу специфики издания нам интереснее даже не текущее состояние системы, а возможности её развития. Они обусловлены в первую очередь функциональностью SAP Business Objects. Платформа эта не особенно хорошо известна многим в силу «очень корпоративного характера продукции SAP», поэтому небольшое поясняющее отступление не повредит. Тем более, что речь идёт о множестве систем с большой предысторией, начинающейся ещё вне SAP с 1990 года, в 2003 «пополнившихся» ещё и очень немаленькой известной Crystal Reports, затем ставшими частью продуктового спектра SAP (в 2006 году). Задача «обзора» продукта такого масштаба и такой продолжительной эволюционной истории в буквально одном абзаце кажется не совсем реализуемой, но без неё не получится и объяснения логики её выбора (есть достаточно фактического материала, убедительного «на слух», как-то, использование этой платформы 14600 государственными организациями 148 стран мира, и т.д., все они легко находятся в других тематических публикациях).

Для встревоженных граждан есть главные успокаивающие сведения — бюджетные средства на проектирование и развёртывание системы не тратились (а это больше пяти месяцев совместной работы специалистов SAP и КМДА), оплата недешёвых лицензий планируется за счёт грантов европейских фондов. Так что лучше всё-таки попробовать разобраться, что мы в этом случае получили сугубо в IT-инфраструктуре городских властей.

Из всего перечня возможной информации выделю главное — SAP Business Objects является платформой для разработчиков, а не «завершённым решением» (в проекте КМДА это важно, потому что «разнобой» в IT-системах вертикали и горизонталей госорганов в реальности не известен, но подозревается очень серьёзной проблемой, и живучая платформа должна быть фундаментально «подстраивающейся» под то, что уже реализовано, в любом случае дешевле и эффективнее локализовать модификации, чем перестраивать всю уже существующую иерархию «с нуля»).

На самом высоком уровне, который был принят в начале этой статьи, SAP Business Objects даёт инструментарий для реализации G2G иерархических подсистем (импорт информации из различных источников, бизнес-аналитика, включая прогностический анализ, генерация отчётов), G2C и G2B подсистем (конструирование «панелей отображения», dashboards, и связанных с ними приложений, как web-, так и для мобильных терминалов). Возможности масштабирования всех подсистем платформы подтверждённо очень велики.

Критики (их тоже, естественно, было в достатке в момент пика активности обсуждения нового сервиса), к сожалению, концентрировали внимание на актуальном состоянии системы «открытого бюджета», а не на реальных и потенциальных проблемах, с которыми неизбежно придётся столкнуться. Из двух очевидных фактов (SAP Business Objects — это больше платформа для разработчиков, и SAP Business Objects — очень большой набор сложных подсистем с долгой предысторией), и из не менее очевидного желания любого гражданина получить удобный доступ к государственным сервисам и активно участвовать в жизни своей страны (города etc), следует одна проблема, с которой придётся что-то делать на всём жизненном цикле зарождающихся e-Government и Smart City. Для развития этих систем потребуются квалифицированные специалисты и их постоянная работа, «импульсами» помощи развивать серьёзную масштабную систему очень трудно. Как эта проблема будет разрешена, с учётом реальных возможностей и даже традиций наших государственных органов, — вопрос самый непростой, ответа на него пока не слышно. Хочется надеяться, что поисками решения занимаются всерьёз, потому что потенциал уже созданной системы — он надолго, и его надо раскрыть по возможности полностью.

По крайней мере, интеграция G2G, планирования и внутреннего анализа бюджета, его прогнозирования, с G2B, тендерными системами, и G2C прозрачными на всех уровнях связями, дающими гражданам возможность быть не только наблюдателями, но и активно, например, контролировать реальный расход бюджетных средств — это тот уровень, которого рационально добиваться от системы. И именно он заявлен намерением городских властей (по-моему, с таким мы сталкиваемся впервые, тем более, что декларациями действия не ограничиваются).

К уже упомянутой проблеме «человеческого фактора» (специалисты SAP Business Objects и их долговременная работа на условия государственных органов) следует добавить ещё две, не столь очевидные, но равноценно важные для эволюционного развития наших e-Government и Smart City.

Во-первых, культура пользователей этих систем. К сожалению, «активность гражданина» иногда понимается совсем не так, как её можно понять в любом (в том числе и модифицированном) состоянии. Но это дело наживное и причины этого явления понятны — ни с чем подобным мы никогда не сталкивались. Очень хорошо, что пока я не заметил «суровых методов пресечения».

Вторая проблема — координация усилий волонтёров с разработчиками уже созданной системы. Например, волонтёрам-создателям «портала iGov» есть очевидный смысл объединить усилия в том числе и со специалистами КМДА (создателям этого портала — отдельное спасибо за возможность косвенного анализа готовности IT-подсистем госорганов к появлению приставки «e-» в названиях их сервисов, картина вырисовывается не такая радужная, но и не обезнадёживающая).

+66
голосов

Напечатать Отправить другу

Читайте также

Вобщем, как-бы да, но нет...
Эмоции конечно, но в очередной раз торжественно демонтированные МАФы, в очередной раз появились на другом месте...

 
 
IDC
Реклама

  •  Home  •  Рынок  •  ИТ-директор  •  CloudComputing  •  Hard  •  Soft  •  Сети  •  Безопасность  •  Наука  •  IoT